Skip to main content

Куминов И. Я. Характерные особенности применения оружия и боевой техники в ходе Первой мировой войны

Последняя война Российской империи: Россия, мир накануне, в ходе и после Первой мировой войны по документам российских и зарубежных архивов. М., 2006. С. 266-274.

Первая мировая война послужила колоссальным толчком к развитию имеющихся и появлению новых образцов вооружения и боевой техники, а также способов вооруженной борьбы, ее тактики и стратегии.

В России после неудачной войны с Японией началась военная реформа, продолжавшаяся, можно сказать, до 1912 г., когда был принят новый Устав полевой службы Русской армии. Несмотря на наличие в нем многих недочетов и ошибок, он оказался лучшим в Европе и стоял значительно выше немецкого Полевого устава и уставов других армий Европы, так как был подготовлен на основе богатого боевого опыта армии, накопленного ею, в частности, и на полях Русско-японской войны 1904-1905 гг.

Можно привести здесь содержание некоторых его параграфов.

1. На войне успех достигается твердой и ясной постановкой цели действий и настойчивым стремлением всех – от высшего начальника до рядового – достигнуть этой цели во что бы то ни стало.

2. Наилучшим способом достижения поставленной цели служат действия наступательные. Только эти действия дают возможность захватить почин в свои руки и заставить неприятеля делать то, что мы желаем…

441. Войска следует развертывать в боевой порядок в таком расстоянии от неприятеля, чтобы не подвергнуть их артиллерийскому огню в глубоких и сосредоточенных колоннах. Своевременное развертывание в боевой порядок обеспечивает также частным начальникам время для пополнения своей ориентировки более подробным разведыванием имеющимися у них средствами…

452. Протяжение боевого порядка по фронту сообразуется с целью действий, величиной части (отряда) и со свойствами местности.

Приблизительно можно считать:
для батальона около ½ версты
« полка › 1 верста
« бригады 2 версты
« дивизии 3 -«-
« корпуса 5-6 верст

[266]

Указанное протяжение фронта боевого порядка может изменяться в зависимости от цели действий и свойств местности…

467. Все роды войск обязаны поддерживать и выручать друг друга, а также развивать успех, достигнутый кем-нибудь из них.

468. Главная роль в бою принадлежит пехоте; прочие роды войск должны всеми мерами содействовать ей в достижении боевых целей и самоотверженно выручать ее в трудную минуту.

Взаимно и пехота должна жертвовать собою для выручки других, особенно артиллерии…

494. …Пулеметы применяются преимущественно на средних и ближних дистанциях, содействуя пехоте в тех случаях, когда нужно развивать сильный огонь; особенную пользу они могут принести, когда нужно придать устойчивость в удержании захваченных местных предметов для обстреливания продольным или косым огнем и перед ударом в штыки…

527. Расстроив неприятеля огнем и поколебав его нравственные силы, обороняющийся сам переходит в общее наступление. В зависимости от обстановки, сложившейся боем, старший начальник указывает боевым участкам цели их действий, направляет общий резерв так, чтобы, смотря по местности и положению неприятеля, он мог действовать и атаковать в направлении, наиболее обеспечивающем успех главного удара на противника; ставит задачи артиллерии, непосредственно ему подчиненной, и коннице.

При удаче должно преследовать неприятеля неотступно{1}

Теперь обратимся к другому, не менее важному, документу, регламентирующему действия пехоты в бою.

2. Сила пехоты в бою заключается в ружейном и пулеметном огне с решительным движением вперед и в штыковом ударе.

3. Для боя пехотные части развертываются в боевой порядок. Боевой порядок роты состоит из взводных участков цепи и ротного резерва.

Боевой порядок батальона состоит из ротных боевых участков и батальонного резерва.

Боевой порядок полка состоит из батальонных боевых участков и полкового резерва.

Боевой порядок бригады состоит из боевых участков и бригадного резерва, причем в боевые участки могут быть назначены полки и батальоны…

52. Поражение неприятеля достигается сочетанием ружейного и пулеметного огня.

53. Ружейный огонь может быть одиночный и залпы. Одиночный огонь в свою очередь может быть редкий и частый; как тот, так и другой можно вести неопределенным или назначенным числом патронов.

[267]

54. Преимущество одиночного огня заключается в том, что каждый стрелок производит выстрел тогда, когда вполне к нему приготовился; поэтому одиночный огонь представляет главный вид огня пехоты при условии правильного управления им…

67. В боевом порядке полка пулеметы могут быть распределены по батальонам или же оставаться, все или частью, в распоряжении командира полка. В боевом порядке батальона пулеметы могут входить в состав ротных боевых участков или же им могут быть даны батальонным командиром и отдельные задачи.

82. Движение для нанесения удара в штыки называется атакой.

86. Атака должна быть быстра, решительна, стихийна, как ураган.

87. Пехота бросается в атаку, расстреливая противника на ходу с ближайших дистанций ружейным и пулеметным огнем; перед самым штыковым ударом она бросает в противника ручные гранаты…

89. Пулеметы содействуют атаке, расстреливая противника с ближних дистанций, для чего передвигаются на такие места, откуда удобно, не нанося вреда своим, поражать неприятеля, если возможно, косым или фланговым огнем.

91. Атаку необходимо заканчивать энергичным преследованием и закреплением за собою того, что отнято. Цель преследования — добить неприятеля, не дать ему устроиться для нового отпора (из русского «Наставления для действий пехоты в бою», утвержденного 27 февраля 1914 г.){2}.

Судя по этим двум основным руководящим документам Русской армии, пехота была и оставалась главным родом войск, выносившим на себе всю тяжесть боя. Унификация стрелкового оружия и боеприпасов была весьма высокой. На вооружении армии состояла магазинная (на пять патронов) 3-линейная (7,62 мм) винтовка системы Мосина и незначительное количество станковых 7,62-мм пулеметов системы Максима. В небольшом количестве появились и ручные пулеметы. Прицельная дальность этого оружия составляла до 2-3 км.

Основным личным оружием офицера являлся 7,62-мм револьвер системы Нагана. Прост, удобен, надежен и безотказен в бою. Со второй половины 1930-х годов стал вытесняться в армии принятым на вооружение 7,62-мм пистолетом ТТ (Тульский Токарева).

Что касается патронов, их было в основном два: весьма мощный 7,62-мм винтовочный и 7,62-мм револьверный. Это очень облегчало систему обеспечения пехоты стрелковыми боеприпасами.

[268]

Имелась и так называемая карманная артиллерия — ручные гранаты. С началом войны стали появляться ружейные гранаты и мортирки, которые относились к «траншейной», или «окопной», артиллерии. Дело в том, что поддерживающая артиллерия ведет огонь по позициям противника не ближе 300-400 м от переднего края своих войск из-за возможности поражения своей пехоты. Ручные гранаты могли достать противника, укрывавшегося от огня стрелкового оружия в окопах, не далее как за 50 м. Остальное пространство, имеющее естественные преграды и укрытия, противник использовал для сосредоточения живой силы и ее маневра. Вот для поражения противника в этих мертвых для стрелкового оружия зонах и изобрели русские офицеры ружейные гранаты, которые применяли с помощью обыкновенной винтовки. Наибольшее распространение получили ружейные гранаты систем полковника М.М. Зеленского, штабс-капитана Мгеброва, а также изобретателей Карнаухова, Сегаля и Павловского{3}.

Ружейная граната представляла собой надкалиберный снаряд яйцевидной или цилиндрической формы, начиненный взрывчатым веществом с ввинчивающимся специальным шомполом в донной части. Граната имела предохранители, обеспечивающие безопасное обращение с ней до ее выстрела из винтовки, а также взрыватель практически мгновенного действия, который срабатывал при ударе о преграду. Для прицельной стрельбы на винтовку устанавливался специальный рамочный прицел. Ружейная граната своим шомполом вставлялась в ствол винтовки до упора гранаты в дульную часть ствола, винтовка заряжалась специальным патроном без пули, наводилась с помощью прицела в цель под углом 45-80°, и производился выстрел{4}. При взрыве гранаты образовывалось достаточное количество осколков, но радиус поражения был невелик. Дальность стрельбы ружейными гранатами системы полковника Зеленского составляла от 150 до 500 шагов. Первая ружейная граната была сконструирована Зеленским в 1904 г., затем усовершенствовалась в 1914 и 1915 гг.

Вот что сообщалось в одном из отзывов по применению ружейных гранат этой системы: «…По распоряжению командира 24-го армейского корпуса присланные от полковника Зеленского из Самары (с добровольцем Назаровым) ружейные гранаты были использованы в сражении с австрийцами 8 ноября 1914 г. в одном из передовых батальонов 192-го пехотного Рымникского полка, шедшего в атаку, причем от действия этих гранат австрийцы бежали в паническом страхе»{5}.

Но все эти новые образцы с большим трудом принимались на вооружение армии Российской империи и практически всегда с оглядкой на ведущие западные страны.

[269]

В Российском государственном военно-историческом архиве (РГВИА) имеется письмо помощника Самарского трубочного завода полковника Плазовского в адрес изобретателя полковника М. М. Зеленского следующего содержания: «Милостивый государь Михаил Михайлович. 8 декабря (1914 г.) было произведено испытание ружейных чугунных гранат. Было сделано 100 выстрелов … Идея ружейной гранатки, подобной Вашей, принята в английской армии; раз исполнение возможно было там, то оно вполне возможно и у нас. Не высказываясь по вопросу о совершенстве или недостатках Вашей конструкции гранат, желаю Вам успеха в дальнейших работах»{6}.

Для действия гранатами по закрытым целям на более дальних дистанциях (до 1000 шагов) полковник Зеленский изобрел особые миниатюрные мортирки, стреляющие весьма крупными разрывными снарядами, падающими отвесно, благодаря имеющемуся у них оперению, входящему в канал ствола мортирки (а сама граната остается снаружи, т.е. надкалиберная). Эти мортирки на маленьких лафетиках, снабженных низкими колесами, могли перевозиться стрелками, даже ползущими по земле, и таким образом они представляли собой неразлучную для стрелков артиллерию, сопровождающую их до самого последнего момента атаки, тогда как полевая артиллерия вынуждена была прекращать свое содействие пехоте в наиболее критический, последний период боя, когда пехота пойдет в атаку{7}.

Надо заметить, что к концу Первой мировой войны во многих армиях европейских стран были приняты на вооружение гранатометы и минометы. И если минометы разных калибров прослужили в строю «царицы полей» весь XX век и вступили в XXI, то ружейные гранаты, а они могли бы стать и кумулятивными, в Русской, а затем и в Красной армиях, к сожалению не прижились. В годы Великой Отечественной войны этого оружия нашей пехоте явно недоставало как в обороне и наступлении, так и при ведении боевых действий в населенных пунктах и особенно в городах, когда ведется ближний огневой бой.

Лишь в середине 1970-х годов на вооружение были приняты 30-мм автоматический гранатомет станковый АГС-17 «Пламя» и 40-мм подствольный гранатомет ГП-25 к автомату АК-74.

Артиллерия Русской армии имела на вооружении главным образом 76-мм полевую пушку (обладавшую скорострельностью до ТО выстрелов в минуту и максимальной дальностью стрельбы свыше 8 км), стрелявшую преимущественно шрапнелью (снаряды с дистанционной трубкой, позволявшие вести огонь на расстояние 5,5 км){8}, незначительное количество

[270]

122-мм гаубиц, а также устаревшие полевые орудия и орудия тяжелой артиллерии.

В ходе войны использование артиллерии получило дальнейшее развитие. Так, были найдены эффективные методы ведения огня с закрытых огневых позиций, стала применяться централизованная система управления огнем артиллерии, организовывалась более тесная огневая поддержка пехоты{9}.

За годы Первой мировой войны артиллерия Русской армии прошла несколько этапов в своем развитии. Если в первый год войны не хватало артиллерийских снарядов и практически был использован весь их мобилизационный запас, то затем, с переводом промышленности на военные рельсы, в армию стали поступать не только легкие полевые орудия, но и тяжелая артиллерия калибров 122-мм, 152-мм на тракторной тяге, появились в необходимом количестве и снаряды. Дальнобойность основных образцов орудий увеличилась на 15-30%. Вместе с тем на протяжении всей войны артиллерия оставалась малоподвижной, в основном на конной тяге. Явно отставала артиллерийская разведка.

В то же время в ходе войны почти заново была создана зенитная, траншейная артиллерия, зародилась противотанковая артиллерия{10}. Изменились и методы боевого использования артиллерии: ее начинают применять массированно. Артиллерийские группировки возрастают с сотен орудий до нескольких тысяч (свыше 6 тыс. в 1918 г.), плотность их возрастает до 100-150 орудий на километр фронта{11}. Для создания таких группировок во всех армиях выделяется мощный артиллерийский резерв главного командования (АРГК).

От многодневных артиллерийских подготовок атаки, сводивших на нет ее внезапный характер, переходят к коротким (3-5 ч), но мощным огневым ударам. При этом стремятся не столько разрушить оборонительные сооружения противника, сколько подавить его огневые средства, сковать его силы на поле боя и в ближайшем тылу. Широко стали применяться химические снаряды. Значение артиллерии особо возросло с началом позиционной борьбы, а также при огневой поддержке пехоты в ходе прорыва обороны противника и бое в глубине. Маршал Советского Союза Михаил Николаевич Тухачевский отмечал: «…Действительно, и французы, и немцы неизменно тащили за своей пехотой 75- или 76-мм пушки, а немцы даже 105-мм гаубицы. Эта громоздкая артиллерия сопровождения, несмотря на все силы позиционной обороны, все-таки умела прокладывать дорогу не только себе, но и продвигающейся пехоте»{12}.

Русской технической мысли принадлежит приоритет и в изобретении первых образцов танков. Уже в 1915 г. прошел испытания

[271]

танк, сконструированный и построенный группой русских изобретателей. По своим тактико-техническим характеристикам эта машина значительно превосходила танки, появившиеся в незначительном количестве в английской армии и примененные в боях на реке Сомме в сентябре 1916 г. Лишь косность военно-политического руководства царской России и техническая отсталость страны явились препятствием к принятию на вооружение танка, способного преодолевать зону огня по изрытой окопами и снарядами местности. Что касается английской модели танка, то его применение на первых порах не давало необходимого эффекта. Лишь в конце 1917 г. пришло всеобщее признание танка как нового боевого средства, и в 1918 г. танки уже играли крупную роль в боевых действиях армий Антанты. Этот новый род оружия постоянно совершенствовался технически, скорость хода возросла с 2-3 до 12 км/ч, дальность действия без пополнения запаса горючего и смазочного материала — с 24 до 100-150 км. Появляется несколько типов танков в зависимости от их назначения. Число состоящих в войсках танков возрастает до 5 тыс. машин. Как известно, немцы дорого заплатили в 1918 г. за недооценку танков{13}.

Авиация вступила в войну в качестве разведывательного средства, технически очень несовершенного, однако быстро приобрела всеобщее признание. На протяжении всей войны шло техническое усовершенствование авиации и методов ее боевого применения. Мощность моторов возросла с 60-80 до 260-300 л. с. в 1918 г., радиус действия — с 75-100 до 400-500 км. К концу войны вооружение самолетов состояло уже из нескольких пулеметов, при этом они могли нести до 1 т бомб.

Довольно быстро авиация перестала быть только разведывательным средством, ее стали использовать для бомбардировок как войск противника, так и его тылов. От действий одиночных самолетов скоро перешли к их массированному использованию (до тысячи и более самолетов). Боевые действия на земле стали сопровождаться воздушными боями. Появилось такое понятие, как завоевание господства в воздухе, что рассматривалось как необходимое условие успеха операции{14}. Надо отметить, что современные рода авиации – истребительная, штурмовая, бомбардировочная и специального назначения (разведывательная и т. д.) – берут начало в годы Первой мировой войны, как и противовоздушная оборона.

Военная химия также относится к числу новых родов оружия, возникших и развивавшихся во время войны 1914-1918 гг. Вопреки торжественным декларациям и конвенциям, запрещавшим применение отравляющих веществ, германское командование

[272]

впервые 22 апреля 1915 г. произвело газобаллонную атаку хлором у Ипра. С тех пор обе стороны перешли к применению боевых отравляющих веществ.

Ассортимент их был весьма разнообразен: удушающий газ хлор, а в последующем – фосген, арсин, иприт и другие ОВ. Методы их применения со временем менялись: от примитивного газовыпуска из баллонов постепенно перешли к химическому обстрелу из специальных газометов, минометов, а также с помощью артиллерийских снарядов и авиационных бомб. Появление на поле боя стойких отравляющих веществ (типа иприт) летом 1917 г. открыло широкие возможности применению химических средств в сочетании с военно-инженерными заграждениями{15}.

В годы Первой мировой войны впервые были применены огнеметы, которые с незначительными усовершенствованиями прошли и Вторую мировую войну. Они сослужили хорошую службу пехоте при штурмах укрепленных районов, узлов сопротивления, районов обороны противника с сильными фортификационными сооружениями. Только в 60-х годах XX в. в войне во Вьетнаме американская армия применила огнеметы нового поколения – ампульные реактивные огнеметы. Если в старых огнеметах значительная часть огнесмеси сгорала на траектории полета к цели, то у ампульного весь заряд огнесмеси полностью доходит до поражаемого объекта.

Широкое применение в ходе Первой мировой войны получили военно-инженерные войска и военно-инженерные средства борьбы, с исключительно большим размахом использовался автомобильный и железнодорожный транспорт. Крупнейшую роль автотранспорт сыграл в ряде операций, обеспечивая переброску войск (резервов) к местам прорыва и запасов, а также осуществляя эвакуацию раненых и пораженных ОВ.

Военно-морские силы за период Первой мировой войны получили новые средства борьбы, которые в свою очередь потребовали изменения способов боевых действий. Особенно резко выросло количество и качество подводных лодок, появились новые классы кораблей – торпедные катера, охотники за подводными лодками, различные типы заградителей. В связи с быстро растущей ролью морской авиации стали создаваться первые авианосцы.

Наряду с артиллерией, сохранившей роль главного огневого средства, в морских сражениях стали широко применяться торпеды, атаки с воздуха. Большое значение приобрели минные заграждения. Для борьбы с минами потребовалась организация систематического траления фарватеров. Тесное взаимодействие надводных, подводных и воздушных сил, их эшелонирование и смелый

[273]

маневр – все это стало необходимым условием завоевания победы в морских сражениях и боях{16}.

Первая мировая война показала невиданное до того развитие техники и вооружения как в количественном, так и в качественном отношении. Огневая мощь пехоты за время войны возросла в 2,5-3 раза. Число пулеметов во французской армии возросло в 20 раз, в германской — в 9, в русской — в 6 раз. Число артиллерийских орудий легкой артиллерии в армиях главных участников войны (Германия, Франция, Англия, Россия и Италия) возросло в 2,3 раза, а тяжелой — более чем в 6 раз. Заново были созданы такие средства борьбы, как авиация, танки и военная химия.

По некоторым подсчетам, за время Первой мировой войны названными выше ее участниками было произведено: орудий – 112,7 тыс., пулеметов – 248,5 тыс., винтовок – 14,5 млн, снарядов – 526 млн, патронов для винтовок и пулеметов – 23,5 млрд, самолетов – 109 тыс., автомоторов – 152,2 тыс., танков – 8118.

Для освоения и мастерского применения в бою весьма сложных и дорогостоящих образцов техники и вооружения, таких как аэроплан, танк, подводная лодка, очень нужен стал грамотный, инициативный и сознательный солдат и матрос.

В целом война способствовала развитию не только военной техники, но и военного искусства, дальнейшей разработке оперативного искусства, тактики и стратегии.

Примечания:

{1} Военное искусство капиталистического общества (1789-1917 гг.). М., 1953. С. 268.

{2} Там же. С. 272.

{3} РГВИА. Ф. 504. Оп. 7. Д. 663 (1915-1917 гг.).

{4} Там же. Д. 648 (1915-1918 гг.). Л. 38.

{5} Там же. Л. 178.

{6} Там же. Л. 182.

{7} Там же. Л. 178.

{8} История военного искусства. М., 1961. С. 105.

{9} Военное искусство капиталистического общества (1789-1917 гг.). С. 248.

{10} Там же. С. 366.

{11} Там же. С. 367.

{12} Тухачевский М. Н. Избр. произв. М., 1964. С. 209.

{13} Военное искусство капиталистического общества (1789-1917 гг.). С. 367.

{14} История военного искусства. С. 167.

{15} Там же.

{16} Там же. С. 168.

[274]