Баринов Д. Б. Российский генералитет периода Первой мировой войны

Военно-исторические исследования в Поволжье. Вып. 5. — Саратов, 2003. С. 169-177.

Как по немому уговору,
Среди внезапной тишины
Текли к Казанскому собору
России верные сыны…
Сергей Городецкий
Подвиг войны. 1914 г.

Многие российские историки (Н. Ульянов, В. Кошелев, А. Чернов и др.) справедливо оценивают Первую мировую войну как роковую для России. Действительно, она стала таковой в начале ХХ века, ускорив объективно победу Февральской и Октябрьской революций, приведших в свою очередь сначала к краху самодержавия, а затем и свержению Временного правительства, установлению большевистской диктатуры. Но война, закончившаяся колоссальными материальными, финансовыми, людскими потерями, подорвавшая на долгие годы экономику страны, стала роковой и для судеб лучших представителей научной, художественной интеллигенции, предпринимателей, промышленников, священнослужителей, русского генералитета.

Формирование и развитие российской армейской элиты было особенно динамичным именно в годы Первой мировой войны, когда суровые, рациональные потребности военного времени выдвигали на передний план наиболее образованных, одаренных, энергичных военачальников и полководцев. Знатное, как правило, дворянское происхождение, не утратившее в военный период своего прежнего значения, все же временно уступило место профессиональной пригодности, компетентности, решительности, таланту, силе воли, личному мужеству и героизму высшего офицерства.

С началом широкомасштабных боевых действий возрастной ценз российского генералитета заметно снизился. Летом 1914 г. на ключевых постах царской армии еще находились многие генералы, родившиеся в 50-е гг. ХIХ в., но уже к середине 1915 г. их в значительной мере заменили офицеры 1860-х — 1870-х гг. рождения. Молодыми полководцами для того времени считались 46-летний начальник Генерального штаба, генерал-лейтенант Н. Н. Янушкевич, 47-летний начальник Офицерской стрелковой школы Свиты Его Императорского Величества, генерал-майор Е. Ф. Новицкий и его ровесники — генерал-майор Генерального штаба П. И. Аверьянов и генерал-лейтенант В. М. Драгомиров, 42-летний командир Кавалергардского полка ее Императорского Величества Государыни Марии Федоровны, генерал-майор, князь А. Н. Долгоруков{1}. С октября 1915 г. исполнял обязанности начальника штаба 7-й сухопутной армии 40-летний генерал-майор Н. Н. Головин, с июня 1916 г. командующим Черноморским флотом стал 43-летний адмирал А. В. Колчак, с июля 1916 г. Балтийский флот возглавил 45-летний вице-адмирал А. И. Непенин{2}.

Продолжительная Первая мировая война (1914-1918) по-разному определила дальнейшую жизнь и судьбу видных полководцев и военачальников того времени. Многие их них впоследствии стали лидерами белого движения: М. В. Алексеев, А. И. Деникин, А. В. Колчак, П. Н. Врангель, Н. Н. Юденич, А. М. Каледин, К. К. Мамонтов, П. Н. Краснов, А. П. Кутепов, Г. Я. Кислов, М. Г. Дроздовский, А. С. Секретев, А. Г. Шкуро, В. З. Май-Маевский, В.Е. Вязьмитинов, И. А. Поляков, Н. И. Иванов, А. К. Кельчевский, В. В. Орехов, Ю. Н. Плющевский, А. П. Богаевский, Н. С. Тимановский, С. Л. Марков, И. П. Романовский, А. А. Боровский и др. Лишь небольшое число генералов царской армии стало сотрудничать с советской властью, служить в рядах Красной Армии с 1917-1918 гг.

Самый известный из них, герой Первой мировой войны Алексей Алексеевич Брусилов (1853-1926) родился 19 августа 1853 г. в Тифлисе в семье генерал-лейтенанта. В 1867-1871 гг. он учился в петербургском Пажеском корпусе. Участвовал в русско-турецкой войне 1877-1878 гг., за которую получил три боевых ордена. В 1883 г. А.А. Брусилов закончил с отличием Петербургскую кавалерийскую школу и в чине ротмистра был зачислен преподавателем этой школы. В 1900 г. он получил звание генерал- лейтенанта, а в 1902 г. стал начальником этой школы.В 1912-1913 гг. Брусилов служил заместителем командующего войсками Варшавского военного округа. С началом Первой мировой войны Брусилов принял командование 8-й армией Юго-Западного фронта, во главе которой принял выдающееся участие в Галицийской битве{3}.

В марте 1916 г. полководец был назначен главнокомандующим войсками Юго-Западного фронта. А с 22 мая по 31 июля 1916 г. был осуществлен знаменитый Брусиловский прорыв силами четырех армий на четырех главных направлениях, в результате которого был прорван австро- венгерский фронт обороны и противник понес тяжелые потери. Но Ставка Верховного Главнокомандования не сумела развить этот военный успех в стратегическом масштабе. Правда, этот прорыв облегчил положение французов под Верденом и итальянцев у Трентино. Ускорилось вступление Румынии в войну на стороне Антанты. Четверной Союз потерял здесь в мае — июле 1916 г. до 1,5 млн человек убитыми, ранеными, пленными, много боевой техники и вооружения{4}. И все же продолжить эффективное наступление Юго-Западному фронту после сентября 1917 г. уже не удалось.

22 мая (4 июня) 1917 г. А. А. Брусилов был назначен Верховным главнокомандующим, но 19 июля (1 августа) 1917 г. замещен Л. Г. Корниловым и временно «остался не у дел». К начавшемуся вскоре Корниловскому мятежу он отнесся резко отрицательно. Во время боев в Москве за власть Советов контрреволюционный Комитет общественной безопасности надеялся использовать Брусилова в своих корыстных целях и попытался вывезти генерала из его дома, находившегося в зоне артиллерийского обстрела, чтобы затем объявить диктатором Москвы вместо полковника К. И. Рябцева. Белые очень хотели, чтобы авторитетный военачальник приказал офицерам, которых в Москве в то время было несколько тысяч и большинство из которых занимало выжидательную позицию, выступить на стороне контрреволюции. Такой приказ, несомненно, сыграл бы свою роль, но Брусилов наотрез отказался{5}. Оставшись сторонним наблюдателем, он присматривался к первым действиям советской власти.

Прямое служение делу обороны РСФСР реально началось для генерала с работы в Военно-исторической комиссии по изучению и использованию опыта Первой мировой войны при Всероссийском главном штабе{6} в апреле 1920 г. Брусилов разрабатывал тему «Действия 8-й армии в 1914 году до начала Галицийской битвы». Но ему не удалось закончить этот труд вследствие, как он сам отмечал, новых обязанностей и занятий. Они появились в связи с нападением белополяков, и Брусилов, оставаясь долгое время нейтральным в ходе гражданской войны, теперь решился принять участие в защите страны от интервентов. 2 мая 1920 г. приказом Реввоенсовета он был назначен председателем Особого Совещания(ОСО) при главнокомандующем всеми вооруженными силами РСФСР.

После роспуска ОСО в октябре 1920 г. Брусилов был включен в состав Военно-законодательного совещания при Реввоенсовете и занял должность главного инспектора Главного управления коннозаводства и коневодства (ГУКОНа) РСФСР. Одновременно он занимался в 1921-1924 гг. преподавательской деятельностью: читал лекции в Академии РККА, преподавал теорию езды и выездки в 1-й кавалерийской школе, начальником которой тогда был его давний друг, также бывший царский генерал Д. Н. Логофет. Генерал Брусилов скончался 17 марта 1926 г. в Москве от воспаления легких и был похоронен со всеми подобающими воинскими почестями на Новодевичьем кладбище{7}.

Другой активный участник Первой мировой войны, генерал от инфантерии Михаил Васильевич Алексеев родился в 1857 г. в Москве, в семье отставного подполковника. После окончания Московского пехотного юнкерского училища в чине прапорщика 64-го пехотного Казанского полка участвовал в русско-турецкой войне 1877-1878 гг. Закончив академию Генерального штаба, некоторое время занимал ряд штабных должностей. Во время русско-японской войны 1904-1905 гг. служил генерал- квартирмейстером штаба 3-й Маньчжурской сухопутной армии{8}.

В начале Первой мировой войны он был назначен начальником штаба Юго-Западного фронта. 17 марта 1915 г. вступил в командование войсками Северо-Западного фронта. Когда вследствие военной катастрофы в Галиции весной того же года начался общий отход русских войск, генерал-лейтенант Алексеев умело руководил чрезвычайно трудным отступлением армий Северо-Западного фронта через Польшу и Литву, под постоянным напором противника и хронической нехватке артиллерийских снарядов. Искусным маневрированием войск, локальными контрударами ему удалось спасти и стабилизировать положение на этом фронте, остановить немецкое наступление. За эти успешные действия М. В. Алексеев был награжден Георгиевским крестом 4-й степени{9}.

23 августа 1915 г. император Николай II, принявший на себя обязанности Верховного главнокомандующего, назначил своим начальником штаба Алексеева, который, обладая разносторонними знаниями и необычайной работоспособностью, был на этой должности просто незаменим. Во многом благодаря его личным усилиям в 1915-1917 гг. удалось стабилизировать положение русских войск на всех фронтах, но события, последовавшие после Февральской революции, и отречение от власти Николая II поставили под удар и саму армию. В марте 1917 г. Алексеев был назначен главковерхом, оставаясь на этом посту до 22 мая, когда был заменен на главном военном посту генералом Брусиловым. В сентябре 1917 г. Алексеев по просьбе нового Верховного главнокомандующего А. Ф. Керенского стал начальником его штаба, но пробыл на этой должности всего 12 дней, после чего вышел в отставку, заявив честно в рапорте, что разделяет взгляды, идеи мятежного генерала Корнилова, к тому времени уже арестованного{10}.

После Октябрьского переворота впервые прозвучало: «Белая гвардия» — понятие, по праву тесно связанное с личностью и деятельностью Алексеева. 2 (15) ноября 1917 г. он приехал в Новочеркасск — донскую казачью столицу и начал собирать офицеров, юнкеров, кадетов, казаков-добровольцев, составивших затем основу Добровольческой армии, ставшей главной ударной силой русской контрреволюции. Так начиналось белое движение. После его окончательного поражения М. В. Алексеев оказался в эмиграции и доживал свою жизнь в Аргентине{11}.

«Верховный правитель всей России» в гражданскую войну (точнее ее восточных регионов в конце 1918 — начале 1920 гг.), адмирал Александр Васильевич Колчак (1873-1920) стал известен еще в русско-японскую войну 1904–1905 гг., активно участвуя в обороне Порт-Артура. После ее окончания стал одним из инициаторов возрождения российского военно-морского флота, из ведущих сотрудников Морского Генерального штаба. В годы Первой мировой войны сделал стремительную военную карьеру, последовательно занимая должности от флаг-капитана в штабе Балтийского флота, командира минной дивизии до командующего военно-морскими силами Рижского залива. С июня 1916 г. по июнь 1917 г. Колчак был командующим прославленным Черноморским флотом. Адмирал сразу после октябрьских событий 1917 г. стал одним из самых непримиримых, последовательных противников советской власти. С ноября 1918 г. он занял должность военного и морского министра одного из временных антисоветских правительств того периода — Уфимской директории. В результате военного переворота 18 ноября 1918 г. в Омске Колчак установил на территории Сибири и Дальнего Востока военную диктатуру, объявив себя «Верховным правителем Российского государства». 7 февраля 1920 г. он был расстрелян по приговору Иркутского военно-революционного комитета{12}.

Также трагично оборвалась жизнь другого видного русского флотоводца периода Первой мировой войны, вице-адмирала Андриана Ивановича Непенина (1871-1917). С июля 1916 г. по февраль 1917 г. он был командующим Балтийским флотом. Но во время Февральской революции А. И. Непенин был убит в Кронштадте восставшими матросами{13}.

Генерал от инфантерии Николай Николаевич Юденич (1862-1927), закончивший 3-е военное Александровское училище и академию Генерального штаба, по праву считался одним из самых сильных, образованных русских генералов во время военных кампаний 1914-1916 гг. Когда в декабре 1914 г. вследствие некомпетентных действий генерала Мышлаевского на Кавказском театре военных действий возникло кризисное положение, главнокомандующий, граф Воронцов-Дашков направил туда для исправления дел своего начальника штаба Н. Н. Юденича, под командованием которого к началу 1915 г. удалось разбить турок, стремившихся окружить главные силы русских войск у Сарыкамыша. После этой победы Юденич, был назначен командующим Кавказской армией. В начале 1916 г. во главе своей армии он совершил чрезвычайно трудный переход через заснеженные высокие горы, нанес поражение большому турецкому отряду и после пятидневного штурма 3 февраля 1916 г. взял крепость Эрзерум. Весной-летом 1916 г. под его умелым командованием русские войска взяли Трапезунд, а затем выдвинулись на важную стратегическую линию Эллеу — Эрзинджан — Муш — Битлис{14}.

Подобный сложный фронтовой путь в действующей армии прошел и генерал от инфантерии Дмитрий Григорьевич Щербачев (1857-1931), получивший как и Юденич прекрасное военное образование. Сначала, по окончании Орловской военной гимназии и Михайловского артиллерийского училища, он служил в лейб-гвардии конной артиллерии. Затем после академии Генерального штаба Щербачев служил в разных штабах Петербургского военного округа. С 1907 по 1912 гг. он работал начальником военной академии Генерального штаба. В 1912 г. стал командиром 9-го армейского корпуса, с которым попал на передовую в 1914 г. и участвовал в Галицийской битве в составе 3-й армии.14 апреля 1915 г. Щербачев принял командование вновь сформированной 11-й армией, а с октября того же года, когда в Одесском военном округе для помощи Сербии создавалась 7-я ударная армия, был назначен ее командующим. В декабре 1915 г. эта армия, уступая в силах и средствах, попыталась прорвать фронт обороны противника, но не имея нужных сил и тылового обеспечения, не смогла решить эту сложную задачу. Во время Брусиловского прорыва 7-я армия Щербачева совместно со 2-й армией генерала Сахарова успешно действовала на одном из самых трудных участков Юго-Западного фронта на львовском направлении. После Февральской революции генерал Щербачев был заместителем главнокомандующего войсками Румынского фронта{15}.

Надо отметить, что среди армейской элиты того времени были не только талантливые командиры, управлявшие фронтами, армиями, корпусами, дивизиями, большими массами людей; знатоки военного дела, квалифицированные специалисты в области тактики и стратегии, но и крупные ученые. Многие видные полководцы и военачальники весьма преуспели и в военно-педагогической деятельности, научной работе. Одним из старейших был почетный член Михайловской артиллерийской академии, почетный член артиллерийского комитета, генерал от инфантерии В. Н. Шкларевич, прослуживший в армии к началу Первой мировой войны 59 лет. Начальник Генерального штаба, генерал-лейтенант Н. Н. Янушкевич более шести лет прослужил в Императорской Николаевской военной академии, называвшейся до этого академией Генерального штаба. В ней он успешно защитил диссертацию «Организация и роль интендантства в современных армиях на войне». До назначения на должность начальника Генерального штаба Н. Н. Якушкевич в течение года возглавлял главное военное учебное заведение страны{16}.

В этой же академии еще 26-летним офицером преподавал будущий генерал-майор В. Ф. Новицкий Он был автором многих трудов по тактике и стрелковому делу, являлся одним из учредителей военно-исторического общества, его Киевского отделения, общества ревнителей военных знаний. Известный своей контрреволюционной деятельностью в 1917-1918 гг. генерал М. В. Алексеев еще до начала Первой мировой войны преподавал несколько лет в Николаевской военной академии, имел ученое звание заслуженного профессора кафедры военной истории. Адмирал А. В. Колчак получил всеобщее признание как полярный исследователь – специалист по океанографии и гидрологии. Своими научными трудами внес серьезный вклад в освоение Арктики. Генерал-майор В. Е. Борисов, служивший в Первую мировую войну заместителем начальника штаба Ставки Верховного Главнокомандования, был крупным писателем, перу которого принадлежало несколько исторических романов. Уже находясь в белой эмиграции, он заведовал библиотекой Сербской военной академии, занимаясь по-прежнему отечественной историей и литературой{17}.

И подобных примеров, подтверждающих высокий интеллектуальный уровень российского генералитета периода Первой мировой войны, можно привести множество. Но, все же, пожалуй, особняком стоит одна очень колоритная, неординарная личность. Николай Николаевич Головин (1875-1944) родился 22 февраля 1875 г. в Москве, в старинной дворянской семье генерала Николая Михайловича Головина – участника обороны Севастополя в Крымскую войну. По окончании Пажеского корпуса в 1894 г. он поступил на службу в гвардейскую конно-артиллерийскую бригаду и после завершения учебы в Николаевской военной академии продолжил службу в штабах 37-й и 2-й гвардейских пехотных дивизий, Варшавской крепости и штабе Петербургского военного округа. Одновременно он проявлял большой интерес к военно-исторической науке и в 1905-1907 гг. работал секретарем общества ревнителей военных знаний. В 1907 г. Головин успешно защитил диссертацию по военной психологии, в которой обосновал идею о приоритете так называемого «морального фактора» в войне над всеми остальными. В 1908 г. он стал экстраординарным, а через год — ординарным профессором Императорской Николаевской военной академии{18}.

Первую мировую войну полковник Головин начал командиром 2-го лейб-гвардейского Гродненского гусарского полка, успешно участвовал в боях в Галиции, получил тяжелое ранение, но остался в действующей армии. За успешное командование полком, личное мужество Головин был произведен в генерал-майоры, награжден четырьмя орденами и Георгиевским оружием. В ноябре 1914 г. Головин был назначен генерал-квартирмейстером штаба 9-й армии, с октября 1915 г. занимал должность начальника штаба 7-й армии, а с апреля 1917 г. руководил штабом группы русских армий в Румынии (Румынского фронта). Во время нахождения на этих высоких командных должностях генерал Головин руководил разработкой и непосредственно участвовал в осуществлении более чем 30 операций. В частности, во время знаменитого Брусиловского прорыва он командовал семью прорывами наших войск в глубь обороны противника. Ратные заслуги боевого генерала были отмечены еще четырьмя орденами, в том числе орденом св. Георгия и званием генерал-лейтенанта. В должности начальника штаба Румынского фронта Головин завершил службу в царской армии и затем, пройдя в составе белых армий гражданскую войну, в 1920 г. эмигрировал во Францию{19}.

В эмиграции Головин пишет целую серию работ по истории Первой мировой войны, создает высшие военно-научные курсы в Париже (1927-1930) и Белграде (1931-1944), функционировавшие по программам и методике преподавания Николаевской военной академии. Итогом его многолетней научной работы стала фундаментальная монография «Мысли об устройстве будущей Российской вооруженной силы», в которой генерал пришел к выводу о прямой зависимости «боевого духа войск» от причин социально-политического характера{20}.

В 20–30-е гг. Н. Н. Головин активно участвовал в научной, педагогической деятельности ведущих учебных, исследовательских учреждений США и Европы. Он преподавал историю Первой мировой войны во Французской военной академии, работал профессором русского историко-филологического факультета в Сорбонне, представителем в Париже Гуверовской военной библиотеки. В 1930-1931 гг. он прочитал цикл лекций на английском языке в военном колледже Вашингтона и Стэнфордском университете в Калифорнии по основным битвам Первой мировой войны. С 1936 г. при Белградском военно-научном институте начал выходить журнал «Осведомитель», главным редактором которого был Головин. Одним из первых в исторической науке он предпринял попытку социологического анализа. Первой мировой войны. Умер Н. Н. Головин 10 января 1944 г. и был похоронен на знаменитом русском кладбище Сент- Женевьев-де-Буа{21}.

Н. Н. Головиным было написано более 30 монографий и 100 научных публикаций на русском, английском, французском, немецком, испанском, сербском и болгарском языках. В России после 1917 г. были изданы лишь две работы и обе без ведома автора. Первая — «Служба Генерального штаба. Разведывательная служба» — была издана в 1918 г. по изъятой у него чекистами при обыске в Одессе рукописи. Вторая работа представляет собой исследовательскую часть его совместной с адмиралом А. Бубновым книги под актуальным и сегодня названием «Тихоокеанская проблема в ХХ столетии»{22}. В целом же богатое творческое наследие русского военного ученого, генерала Головина продолжает пребывать, по существу, в невостребованном состоянии.

Таким образом, судьбы ярких представителей российского генералитета периода Первой мировой войны были различны, как и характеры, взгляды, поступки, убеждения полководцев и военачальников; многие из них прошли интересный, драматичный жизненный путь, но их неподдельный патриотизм, служение Отечеству, верность присяге, воинскому долгу заслуживают особого внимания и уважения наших современников.

Примечания:

{1} См.: Керсновский А. А. История русской армии. М., 1994. Т. 4. С. 135.

{2} См.: Тихомиров А. В., Чапкевич Е. И. Русская гвардия в Первой мировой войне // Вопросы истории. 2000. № 9. С. 34.

{3} См.: Соколов Ю. В. Алексей Алексеевич Брусилов // Вопросы истории. 1988. № 11. С. 84-85.

{4} См.: Ростунов И. И. Русский фронт Первой мировой войны. М., 1976. С. 167.

{5} См.: Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 217.

{6} Всероссийский главный штаб (Всероглавштаб) — один из центральных органов Народного комиссариата по военным делам. Создан в мае 1918 г. Занимался формированием и обучением воинских частей РККА. В феврале 1921 г. был объединен с Полевым штабом в Штаб РККА.

{7} См.: Кавтарадзе А. Г. Военные специалисты на службе Республики Советов, 1917-1920 годы. М., 1988. С. 114.

{8} См.: Трамбицкий Ю. Действующие лица // Родина. 1993. № 8-9. С. 37.

{9} См.: Горяинов И. Где было русское офицерство в 1914-20-е годы? // Родина. 1993. № 12. С. 23

{10} См.: Алексеева-Борель В. М. Труды и дни Главковерха // Родина. 1993. № 8-9. С. 82.

{11} См.: Алексеева-Борель В. М. Аргентинский архив генерала М. В. Алексеева. // Военно-исторический журнал. 1993. № 3. С. 50-51.

{12} См.: Белое движение: начало и конец. М., 1990. С. 134.

{13} См.: Верховский А. И. Россия на Голгофе // Военно-исторический журнал. 1993. № 5. С. 84.

{14} См.: История военного искусства. Библиотека офицера. М., 1988. С. 217; Белая армия. Белое дело. Екатеринбург, 1996. С. 174.

{15} См.: Мазилкина И., Орлицкий Ю. На линии огня и смерти // Родина. 1993. № 8-9. С. 112.

{16} См.: Россия и Первая мировая война (1914-1918): Материалы международного коллоквиума. СПб., 1999. С. 385.

{17} См.: Зимина В. Д. Белое движение в годы гражданской войны. Волгоград, 1996. С. 284.

{18} См.: Образцов И. Сила духа // Родина. 1993. № 8-9. С. 66.

{19} См.: История Первой мировой войны 1914-1918. М., 1975. Т. 2. С. 314.

{20} См.: Головин Н. Н. Военные усилия России в Первой мировой войне // Военно-исторический журнал. 1993. № 2. С. 59.

{21} См.: Белое дело. Избранные произведения: В 16 кн. М., 1992. Кн. 4. С. 176.

{22} См.: Цветков В. Ж. Белое движение в России. 1917-1922 годы // Вопросы истории. 2000. № 7. С. 71.