Герасимов В. Л. Источники о проблемах строительства авиации советского Военно-морского флота. 1942 г.

История России: исследования и локументы: Материалы Международной научной конференции «Архивные документы в системе объективного научного знания по истории России». 19 ноября 2010 г. / Отв. ред. И. А. Анфертьев; сост. И. А. Анфертьев, Ю. С. Цурганов. — М.: РГГУ, 2011. С. 97-106.

Для нашего народа и сегодня, спустя уже более 66 лет со дня Великой Победы, Великая Отечественная война 1941-1945 гг. продолжает занимать особое место в истории нашего государства. Особенность этой войны заключается даже не в том, что опа была самой кровопролитной и жестокой за все время существования нашего Отечества, а в том, что это была война за право существования не только нашей страны, ее народонаселения, но и мира в целом. «Суровые испытания, выпавшие на долю нашего народа, со всей очевидностью высветили его самые лучшие, складывавшиеся веками качества — любовь к Родине, патриотизм, сплоченность против внешнего врага, непримиримость в борьбе с ним, готовность к самопожертвованию, верность принятым идеалам, гуманизм к поверженному противнику»{1}.

Остановимся на строительстве морской авиации советского Военно-морского флота (ВМФ) в 1942 г. Отметим, что официальным признанием заслуг морской авиации в тяжелом для страны 1941 г. стало присвоение в 1942 г. четырем авиационным полкам, первым в советском ВМФ, гвардейского звания. Советская морская гвардия родилась 18 января 1942 г. Именно в тот день в органе Народного комиссариата ВМФ — газете «Красный флот» был опубликован приказ № 10 наркома Военно-морского флота Н. Г. Кузнецова, в котором говорилось: «За проявленную отвагу в воздушных боях с немецкими захватчиками, за стойкость, мужество, дисциплину и организованность, за героизм личного состава указанные полки преобразовать в гвардейские полки, а именно: 1-й минно-торпедный авиационный полк — в 1-й гвардейский минно-торпедный авиационный полк, командир полка Герой Советского Союза полковник Преображенский Е. Н.; 72-й смешанный авиационный полк — во 2-й гвардейский смешанный авиационный полк, командир полка капитан Туманов И. К.; 5-й истребительный авиационный полк — в 3-й гвардейский истребительный авиационный полк, командир полка Герой Советского Союза майор Кондратьев П. В.; 13-й истребительный авиационный полк — в 4-й гвардейский истребительный авиационный полк, командир полка майор Михайлов Б. И.»{2}.

[97]

В 1942 г. главной задачей морской авиации действующих флотов продолжала оставаться задача поддержки сухопутных частей. Одной из причин такого положения дел являлось то, что многие аэродромы морской авиации в то время располагались довольно далеко от судоходных путей немцев. На Балтике полеты над морем летом 1942 г. носили лишь эпизодический характер — в основном 1-го гвардейского минно-торпедного авиационного полка (мтап). Только в октябре 1942 г. к действиям 1-го гвардейского мтан над водной акваторией добавились боевые вылеты самолетов 73-го и 57-го полков ВВС КБФ, направленные против кораблей противника и его военно-морских баз. И начиная с 1943 г. действия морской авиации советского ВМФ на морских коммуникациях противника стали носить регулярный характер.

Начало качественному и количественному изменениям парка летательных аппаратов авиации ВМФ было положено в 1942 г. Эти изменения произошли благодаря поступлению на флоты новой авиационной техники. Дело в том, что 80% предприятий авиапромышленности, перебазировавшихся с началом войны в восточные районы страны, к 1942 г. сумели наладить технологический цикл производства летательных аппаратов и ускоренными темпами начали осуществлять их поставку в действующие части. С поступлением новых самолетов морская авиация смогла восполнить свои потери в материальной части и приступить к наращиванию боевого потенциала. Всего к окончанию Великой Отечественной войны авиация ВМФ получила 14 новых типов боевых самолетов, которые по ряду ТТХ превосходили зарубежные летательные аппараты того времени. «К тому же на флоты, начиная с 1942 года, из США и Великобритании по ленд-лизу стали поступать самолеты-истребители типа «Харрикейн», «Киттихаук», «Аэрокобра» и «Спитфайер», бомбардировщики «Бостон-А-20ж» и самолеты-амфибии «Каталина».

Поступление и освоение этих самолетов, несмотря на то, что их количество составляло не более 13% от числа летательных аппаратов, полученных от нашей промышленности, позволило обеспечить наращивание сил для разгрома противника. Свою лепту в эту борьбу внесли и английские летчики, которые участвовали в прикрытии с воздуха конвоев, прибывающих в порты Архангельск и Мурманск»{3}.

В 1942 г. на Северном флоте произошли структурные изменения и в организации истребительной авиации, которая практически разделилась на пунктовую, предназначенную для противовоздушной обороны ВМБ и коммуникаций, и на авиацию сопровождения ударной авиации над водной акваторией.

[98]

В ходе ожесточенных боев зародилась и развивалась тактика штурмовых действий авиации. В начале войны в качестве штурмовиков использовались торпедоносцы, бомбардировщики и истребители. Первые подразделения штурмовой авиации начали создаваться в авиации ВМФ на Балтийском и Черноморском флотах в июле-августе 1941 г. «Эскадрилья Ил-2 вошла в состав 57-го бомбардировочного авиаполка 8-й минно-торпедной авиационной бригады. В августе сформировалась 46-я отдельная штурмовая эскадрилья на Черном море. В первый год войны морская авиация получила 176 Ил-2, из них 111 поступили в ВВС БФ и ВВС ЧФ»{4}. Весной 1943 г. штурмовики появились и на Северном флоте.

Были, конечно, определенные проблемы и при организации контроля результатов боевых действий. Так, например, на Северном флоте 26 апреля 1942 г. увидел свет приказ № 047 командующего ВВС флота «О неудовлетворительном контроле результатов боевых действий». В нем, в частности, указывалось: «Результаты и эффективность боевого воздействия на противника, в большинстве своем, фиксируются и доносятся частями только лишь со слов экипажей, по их устному заявлению или докладу, но т. к. экипажи в сложной боевой обстановке не научились точно определять и вести наблюдение за результатами своих действий, то доклады их бывают не точными, а подчас и совсем неудовлетворительными… Часто после воздушных боев считают, что самолет противника сбит, но в донесениях частей не только место падения самолета не указывается, но иногда даже не называют района воздушного боя… Фотоаппаратура, установленная на самолетах для фиксирования и контроля результатов, используется настолько неумело и бесцельно, что данные фотографирования нисколько не могут являться документом, подтверждающим результат боевых действий»{5}.

Как результат, последовала приказная часть, в которой командирам авиационных полков и отдельных авиаэскадрилий предписывалось не допускать выполнения боевых заданий без должной организации их контроля, обучать экипажи грамотной эксплуатации фотоаппаратуры, не выпускать в воздух на аэрофоторазведку недостаточно подготовленные экипажи{6}. Тем временем организационные мероприятия продолжались.

На Балтийском флоте в июне 1942 г. появился новый 21-й иап, оснащенный истребителями Як-1, а в ноябре того же года в ВВС КБФ была сформирована 9-я авиационная бригада. В конце 1942 г. на базе 12-й и 13-й эскадрилий были сформированы соответственно 12-й и 13-й истребительные авиационные полки.

[99]

На основании приказа от 11 марта 1942 г. № 0214 народного комиссара Военно-морского флота на базе двух эскадрилий 2-го гвардейского смешанного авиаполка сформировали 27-й истребительный авиационный полк ВВС Северного флота. В октябре 1942 г. из состава 2-го гвардейского Краснознаменного смешанного авиаполка имени Б. Ф. Сафонова были выведены минноторпедная и бомбардировочная эскадрильи. Они вошли в состав вновь формируемого 24-го минно-торпедного авиационного полка, который возглавил подполковник Н. Н. Ведменко. 3-я эскадрилья нового 24-го мтап формировалась из экипажей 118-го разведывательного полка и 35-го минно-торпедного полка ВВС Северного флота.

24-й минно-торпедный авиаполк получил несколько ленд-лизовских самолетов типа «Хемпден», которыми укомплектовали 2-ю и 3-ю эскадрильи полка{7}. Создание 24-го авиаполка позволило уже в 1942 г. увеличить количество вылетов североморской авиации с целью нарушения морских сообщений противника.

23 октября 1942 г. в состав ВВС СФ были включены 29-й бомбардировочный авиационный полк (бап) и 255-й истребительный авиаполк. В это же время на переформирование были отведены 35-й мтап, 13-й иап, 28-й бап и 20-й иап.

В ноябре 1942 г. с Каспийской флотилии на Север прибыл 22-й разведывательный авиаполк. Вообще в ноябре 1942 г. в военно-воздушных силах Северного флота произошла очередная реорганизация структуры. Чуть позже в военно-воздушных силах Северного флота были сформированы две авиационные бригады — 6-я истребительная и 5-я минно-торпедная авиабригада.

6-я истребительная авиационная бригада состояла из 2-го, 27-го, 78-го и 20-го истребительных авиаполков. 5-я минно-торпедная авиабригада включала в свой состав 24-й минно-торпедный авиационный полк, 29-й бомбардировочный авиационный полк и 255-й истребительный авиационный полк (а позже в составе бригады появился еще и 36-й минно-торпедный авиаполк).

В общем-то, все структурные преобразования, произошедшие в 1942 г. и подготовили переход ВВС действующих флотов с бригадной организации на дивизионную. В дальнейшем в 1943 г. был сделан значительный шаг в строительстве морской авиации — состоялся перевод ВВС флотов с бригадной на дивизионную структуру. Создание авиационных дивизий вместо авиабригад в большей степени соответствовало велению времени и повышало управляемость ВВС флота по схеме «дивизия — полк — эскадрилья».

[100]

В 1942 г. продолжала осуществляться подготовка летнотехнических кадров для морской авиации. В августе 1942 г. Военно-морское авиационное училище морских пилотов было переформировано в 22-й авиационный полк, который вскоре вошел в боевой состав военно-воздушных сил Северного флота. Тогда же были созданы бригада и школы пилотов первоначального обучения морской авиации.

В ходе Великой Отечественной войны жтно-технический состав ВВС флотов начал также проходить подготовку на командном, штабном и тыловом отделениях открывшихся Курсов усовершенствования начальствующего состава ВВС ВМФ{8}.

В годы войны в составе ВВС действующих флотов наблюдалось создание различных отдельных морских авиационных групп, которые создавались с конкретными целями для решения ряда специальных задач.

20 мая 1942 г. на Черноморском флоте создали 3-ю Особую авиационную группу (ОАГ) ВВС с одновременным расформированием 2-й морской авиационной бригады ВВС ЧФ под командованием Героя Советского Союза полковника В. И. Ракова. Командиром 3-й ОАГ ВВС был назначен полковник Георгий Георгиевич Дзюба. В конце мая 1942 г. в оперативное подчинение полковника Г. Г. Дзюбы прибыла эскадрилья 247-го истребительного авиационного полка из состава 5-й воздушной армии. В результате к началу третьего штурма Севастополя 3-я ОАГ по своему боевому составу представляла практически смешанную авиационную дивизию, в которую только из ВВС ЧФ было передано более 120 самолетов самых различных типов и родов морской авиации.

Значительную роль в обороне Кавказа сыграли Черноморский флот, его авиация и Азовская военная флотилия. «Основные усилия авиации флота были направлены на. обеспечение прикрытия военно-морских баз с воздуха, а также на недопущение сосредоточения плавсредств в портах Керченского пролива и Таманского полуострова. Для выполнения этих задач была создана сводная авиагруппа из 88 самолетов авиации флота и 60 самолетов 4-й воздушной армии. Общее руководство деятельностью группы осуществлял командующий ВВС Черноморского флота генерал В. В. Ермаченко. Для поддержания войск Северо-Кавказского фронта на новороссийском и туапсинском направлениях в августе 1942 г. была создана морская авиагруппа, которой командовал генерал-майор авиации П. П. Квадэ. С выходом противника в районы Новороссийска, Туапсе и Главного Кавказского хребта сухопутные войска поддерживала вся авиация фронта и флота. Боевое управление авиационными частями осуществлялось с

[101]

флагманского командного пункта ВВС на основе плана боевых действий, утверждаемого Военным советом флота. Уточнение и конкретизация задач производились путем частных приказов и боевых распоряжений»{9}.

Для охраны конвоев в зоне ответственности Северного флота и общего усиления ВВС СФ Ставка Верховного Главнокомандования из своего резерва направила в оперативное подчинение командующего североморской авиацией Особую морскую авиационную группу (ОМАГ) Военно-морского флота. Во главе группы находился командующий генерал-майор авиации Н. Т. Петрухин{10}.

«На Северный флот… прибыло пять авиационных полков этой группы (35-й авиационный полк дальних бомбардировщиков на самолетах ДБ-3ф; 28-й и 29-й авиационные полки пикирующих бомбардировщиков — самолеты Пе-2; 20-й и 255-й истребительные авиаполки, имевшие на вооружении самолеты Як-1 и ЛаГГ-3). Все они ранее участвовали в боях на других флотах»{11}. Группа просуществовала до ноября 1942 года, а затем была расформирована{12}.

За время существования ОМАГ, приказания командующему ОМАГ ВМФ отдавал непосредственно командующий ВВС Северного флота{13}. Иногда Особая морская авиационная группа усиливалась за счет сил и средств военно-воздушных сил Северного флота и Военно-воздушных сил Красной Армии.

По документам, отложившимся в Центральном военно-морском архиве, следует, что в отсутствии командующего ВВС Северного флота, его обязанности исполнял командир Особой морской авиационной группы генерал-майор авиации Н. Т. Петрухин{14}. Этот факт лишний раз подчеркивает роль и место ОМАГ ВМФ в структуре североморской авиации во второй половине 1942 г.

ОМАГ выполняла многие боевые задачи, в том числе обеспечивала и переходы союзнических конвоев. Так, например, командующим ОМАГ генералом Петрухиным 6 сентября 1942 г. был подписан приказ за № 03/орг «Дислокация частей ОМАГ по обеспечению перехода конвоев ПЕ-КУ-18 и КУ-ПЕ-14»{15}. Причем приказ № 03/орг ОМАГ готовился на основании приказа командующего ВВС СФ от 5 сентября 1932 г. № 001/орг. В данном случае в обеспечении конвоев участвовали 29-й, 121-й, 28-й, 13-й бомбардировочные авиационные полки, 35-й дальнебомбардировочный авиаполк, а также 20-й и 255-й истребительные авиационные полки{16}.

По своему составу сил и средств эти авиагруппы, в качестве временных формирований морской авиации, как правило, превышали авиационную бригаду морской авиации, но были меньше ВВС флота и непосредственно подчинялись командующему

[102]

военно-воздушными силами флота. Особенно мощной была Особая морская авиационная группа ВМФ, включавшая в состав семь авиационных полков.

Авиагруппы морской авиации в 1942 г. формировались{17} как временные авиационные организационные структуры и предназначались для достижения конкретных целей на операционном направлении.

Особенностью авиационных групп Военно-Воздушных Сил Военно-Морского Флота являлось то, что по своему составу они были смешанными, т. е. включали различные рода авиации.

Представляет интерес и еще один «зигзаг» организационных изменений морской авиации — преобразование созданной авиагруппы военной флотилии в военно-воздушные силы флотилии, с последующим переформированием в авиационную группу ВВС флота.

С началом Великой Отечественной войны на Севере была сформирована 2-я авиационная группа ВВС Беломорской военной флотилии{18}. Вновь созданную группу возглавил прославленный полярный и морской летчик, Герой Советского Союза{19} полковник Илья Павлович Мазурук. В августе 1942 г. 2-я авиагруппа ВВС БВФ{20} стала 3-й авиационной группой, а 21 января 1944 г. 3-я авиагруппа ВВС БВФ была переформирована в военно-воздушные силы Беломорской военной флотилии. Командующими ВВС Беломорской флотилии были полковник Н. К. Логинов (19.1 — 3.6.1944; 15.12.1944 — 15.4.1945) и генерал-майор авиации Г. Г. Дзюба (3.6 — 15.12.1944). 15 апреля 1945 г. ВВС Беломорской флотилии стали 3-й авиационной группой с непосредственным подчинением командующему ВВС Северного флота, хотя продолжали действовать в интересах Беломорской флотилии.

Этот пример указывает на то, что формирование таких организационных структур морской авиации являлось существенной необходимостью. Несмотря на изменения названий и статуса авиации Беломорской флотилии в годы Великой Отечественной войны, тем не менее она действовала в интересах именно флотилии и это диктовалось складывающейся обстановкой на советско-германском фронте. В итоге мы здесь имеем еще один случай{21}, когда в составе военно-воздушных сил флота имелись ВВС флотилии (ВВС БВФ (БФ)), которые в специальном отношении подчинялись командующему ВВС Северного флота, а в оперативном подчинении находились у командующего Беломорской флотилией. При этом в плане подчиненности не всегда все было гладко. Вот только один документ по этому поводу из Центрального военно-морского архива.

[103]

«Части ВВС СФ, прибывающие на территорию Беломорской флотилии для боевых действий и проведения боевой подготовки, часто оперативно не подчиняются командующему БВФ, а при наличии подчинения одновременно получают боевые приказы и указания как от командующего ВВС Северного флота, так и от командующего БВФ. Специально созданная 3-я авиагруппа для объединения всех постоянно и временно дислоцирующихся на территории БВФ авиачастей, для руководства их боевой деятельностью и боевой подготовкой, практически своего назначения не выполняла. В результате двойного подчинения или неподчинения частей командующему БВФ создавались предпосылки для серьезных последствий… Необходимо: 1. Указать Военному совету на необходимость упорядочения боевого управления частями ВВС, временно придаваемых БВФ. Не допускать двойного оперативного подчинения. 2. Указать на недопустимое ослабление руководства боевой подготовкой этих частей. Возложить на командира 3-й авиагруппы ответственность за организацию и наблюдение за ходом боевой подготовки»{22}, — писал в последний день декабря 1942 г. начальник ВВС ВМФ генерал-лейтенант авиации С. Ф. Жаворонков.

В 1942 г. наметилась тенденция усиления ВВС ВМФ за счет Военно-воздушных сил Красной Армии. Так, например, 255-й истребительный авиаполк был сформирован в мае 1941 г. и до своего включения в 1942 г. в ОМАГ ВМФ входил в состав 36-й авиационной дивизии ВВС Киевского Особого военного округа.

Для усиления североморской авиации в 1942 г. в ее состав из ВВС Красной Армии переводились соответствующие авиационные формирования. Так, например, на основании приказа командующего военно-воздушными силами Северного флота от 30 марта 1942 г. в состав ВВС СФ был включен 95-й истребительный авиационный полк, на вооружении которого состояли истребители дальнего действия Пе-3{23}.

Для массирования авиационной группировки на Северном флоте осенью 1942 г. военно-воздушным силам СФ во временное оперативное подчинение из Дальней авиации была придана 36-я авиационная дивизия в составе двух авиационных полков дальнего действия.

Необходимо заметить, что почти до конца 1942 г. начальники штабов всех уровней в морской ав нации не являлись заместителями соответствующих начал ьнико»в, командующих и командиров. В декабре 1942 г. этот существеснный недостаток в управлении организационных структур морской авиации был ликвидирован. Начальник штаба начальника ВВС ВМФ, начальники штабов

[104]

ВВС флотов и начальники штабов летных соединений и частей с этого времени стали первыми заместителями соответствующих руководителей организационных структур морской авиации.

Определенное внимание уделено было и ремонтным органам Военно-воздушных сил ВМФ. В сентябре 1942 г. произошла их существенная реорганизация. Отдельно необходимо остановиться на Противовоздушной обороне Военно-Морского Флота. «Предвоенная организация отечественной ПВО флота сложилась в начале 1939 года, когда зенитную артиллерию вывели из состава береговой обороны и передали в ВВС флота{24}. Их командующие{25} соответственно возглавили ПВО флотов. Причем управление истребительной авиацией они оставили лично за собой, а вот соединениями и частями зенитной артиллерии, прожекторными ротами, подразделениями аэростатов заграждения и постами воздушного наблюдения, оповещения и связи (ВНОС) управляли через начальника созданного управления ПВО»{26}.

В ходе войны, особенно в 1942 г. происходило совершенствование состава и состояния сил и средств Противовоздушной обороны ВМФ. Для предотвращения угрозы с воздуха основное место в триаде{27} флотской ПВО заняли истребительная авиация ВВС флотов и береговая (наземная) зенитная артиллерия.

В целом ПВО Военно-Морского Флота испытание войной выдержала, хотя до конца так и не решился вопрос подчиненности истребительной авиации и ее более тесного взаимодействия с зенитной артиллерией флота{28}.

Таким образом, отечественная морская авиация внесла свой достойный вклад в общую Победу над фашизмом, и 1942 г. стал как бы «переходным» периодом, после которого авиация ВМФ превратилась в главную ударную силу советского Военно-морского флота во втором и третьем периодах войны и всей Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. в целом.

Примечания:

{1} Отечественная военная история: В 3 т. Т. 2-3. М.: Изд. дом «3вонница-МГ», 2003. С. 293.

{2} О преобразовании 1-го минно-торпедного, 72-го Краснознаменного смешанного, 5-го и 13-го истребительных авиационных полков (иап) ВВС ВМФ в гвардейские полки // Красный флот. 1942.18 января.

{3} Дейнека В. Г. Наша морская авиация // Морской сборник. 1956. № 7. С. 10.

{4} Артемьев А. М. Морская авиация России. М.: Военное издательство, 1996. С. 179.

{5} Центральный военно-морской архив (ЦВМА). Ф. 20. Д. 38133. Л. 83.

[105]

{6} Там же. Л. 84.

{7} На вооружении 1-й эскадрильи 24-го мтап состояли отечественные самолеты ДБ-Зф.

{8} Артемьев А. М. Морская авиация России. М.: Военное издательство, 1996. С. 138.

{9} Иванов П. Н. Крылья над морем. М.: Воениздат, 1973. С. 189-190.

{10} Командный, начальствующий и политический состав соединений и частей Военно-Морского Флота Советского Союза в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг. (Краткий справочник). М.: Военное издательство, 1971. С. 85.

{11} Бойко В. С. Крылья Северного флота. Мурманск: Мурманское книжное изд-во, 1976. С. 127.

{12} См.: Командный, начальствующий и политический состав соединений и частей Военно-Морского Флота Советского Союза в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг. С. 85.

{13} ЦВМА. Ф. 20. Д. 6131. Л. 131-132.

{14} Там же. Д. 38133. Л. 152.

{15} Там же. Л. 116.

{16} Там же.

{17} В авиации ВМФ их формирование продолжалось и в дальнейшем в 1943-1944 гг.

{18} Хотя как таковых ВВС флотилии в составе Беломорской военной флотилии тогда еще не существовало.

{19} Звание Героя Советского Союза присвоено 27 июня 1937 г.

{20} В годы Великой Отечественной войны Беломорская военная флотилия последовательно называлась «Беломорская военно-морская база», «Беломорская военная флотилия» и «Беломорская флотилия».

{21} Первый на Тихоокеанском флоте — наличие ВВС ТОФ и ВВС СТОФ.

{22} ЦВМА. Ф. 6. Д. 37226. Л. 190-191.

{23} Там же. Л. 56.

{24} При этом Управление ПВО ВМФ и структуру морской авиации не входило и начальнику ВВС ВМФ (до января 1943 г.) не подчинялось, а напрямую подчинялась народному комиссару ВМФ.

{25} Имеются в виду командующие ВВС флотов.

{26} Платонов А. В. Противовоздушная оборона сил флота 1941-1945 гг. Рукопись. СПб., 2009. С. 3.

{27} Истребительная авиация, береговая зенитная артиллерия и корабельная зенитная артиллерия.

{28} Платонов А. В. Указ. соч. С. 85.

[106]