Калишевскiй В. Огонь и движенiе

Армiя и Флотъ. Вестникъ сухопутныхъ, морскихъ и воздушныхъ силъ. 1938. № 2. С. 8-11.

Мiровая война заставила всѣхъ сражающихся развернуть огромныя артиллерійскія средства. Въ началѣ столкновенія, когда арміи имѣли лишь штатную артиллерію дивизій и корпусовъ, одна лишь Германія была снабжена удовлетворительно, остальныя же арміи вышли на войну съ артиллеріей явно недостаточной тля рѣшенія возложенныхъ на нихъ наступательныхъ задачъ. Составъ артиллеріи въ пѣх. див. и арм. к-сѣ былъ слѣдующій (батарей):

Изъ этой таблицы видно, какъ сильно отставали всѣ арміи отъ Германіи, особенно Франція, у которой даже корпусная артиллерія состояла изъ тѣхъ же 75 мм. пушекъ, что и въ П. Д. Огневая сила германской арміи усиливалась еще тѣмъ, что она располагала

[8]

многочисленной тяжелой артиллеріей: гаубицами и мортирами до 210 мм. и дальнобойными пушками въ 100, 130 и 150 мм., общимъ числомъ свыше тысячи орудій. Франція и Россія обладали тяж. артилл. въ самомъ ничтожномъ количествѣ.

Такимъ образомъ, наступательные планы войны Антанты, не были выражены соотвѣтствующими организаціонными формами, и первыя же недѣли войны показали всю глубину совершенной ошиб ки. Войскамъ Антанты пришлось расплачиваться за это потоками лишней крови. Но даже нормы германской арміи, оказались далеко не достаточными. Оборона все же имѣла огромный перевѣсъ надъ средствами атаки. Это и привело къ тому, что къ концу 1914 г. франко-германскій фронтъ стабилизировался и война приняла позиціонный характеръ.

Немедленно началась лихорадочная дѣятельность тыла для снабженія армій орудіями и огнестрѣльными припасами. Въ этомъ отношеніи была произведена огромная работа и, благодаря высоко развитой промышленности, Германія и Франція, уже къ серединѣ 1915 г., наладили широкое снабженіе фронта артиллеріей самыхъ разнообразныхъ системъ и калибровъ. Такъ какъ фронтъ армій къ этому времени упирался на сѣверѣ — въ море, а на югѣ — въ Швейцарію, то, для Высшаго Командованія, возможность какого либо маневра совершенно исключалась. Для того, чтобы выйти изъ создавшагося тупика, необходимо было прежде всего прорвать-непрерывный фронтъ оборонительныхъ сооруженій противника. Единственнымъ’ средствомъ, способнымъ, въ то время, рѣшить эту задачу, считалась артиллерія и поэтому всѣ усилія, всѣ надежды, были направлены на нее.

Уже въ сраженіи въ Шампани (сент. 1915), на 30 пѣх. и 7 кавал. дивизій, на фронтѣ въ 30 км., было сосредоточено 1.300 легкихъ и 850 тяж. орудій. Другими словами, артиллерійская плотность непрерывно возрастала въ теченіе войны и достигла къ концу 1917 г., въ сраженіи у Мальмезона, огромной цифры — 50 бат (199 ор.) — на 1 км. фронта, изъ нихъ 53 0/0 тяж. орудій. Параллельно съ увеличеніемъ числа орудій, возрастала и ихъ дальнобойность, а отлично поставленное производство артиллерійскихъ снарядовъ, позволяло расходовать ихъ почти въ неограниченномъ количествѣ.

Казалось, что техника дала все возможное для артиллеріи и она преодолѣетъ, наконецъ, оборону. Однако, попытки французовъ въ 1915-16-17 гг., несмотря на колоссальное количество выброшеннаго металла, во время многодневныхъ артиллерійскихъ подготовокъ, все таки рѣшенія не дали. Можно было думать, что оборона достигла такой силы, что нѣтъ никакихъ средствъ сломить ея сопротивленіе.

Въ 1918 г., блестящее наступленіе нѣмцевъ въ Пикардіи (мартъ) на фронтѣ въ 80 клм. и послѣдующіе удары, въ апрѣлѣ на р. Лисъ, въ маѣ на р. Энъ и въ іюнѣ на Компьенъ, показали, что выходъ, видимо, найденъ. Дѣйствительно, если судить по тѣмъ результатамъ, которыхъ достигли нѣмцы, такая надежда имѣла всѣ основанія. Англійская армія, только съ 21 марта по 9 апрѣля, потеряла 300 тысячъ человѣкъ, 1 тысячу орудій, 4 тыс. пулеме-

[9]

товъ, фронтъ союзниковъ удлинился на 125 клм. Нѣмцы снова подошли къ рубежу р. Марны, угрожая Парижу.

Въ чемъ же заключался секретъ этого блестящаго наступленія?

Германская артиллерія примѣнила въ этихъ сраженіяхъ, впервые, новый методъ короткой артиллерійской подготовки, правильно учтя, что главной причиной неудачъ союзниковъ, при ихъ попыткахъ въ 1915-16-17 гг. прорвать германскій фронтъ, было игнорированіе элемента внезапности. Артиллерійскія подготовки союзниковъ, длившіяся по нѣсколько дней (на Соммѣ, іюль, ноябрь 1916 г., 9 дней) открывали противнику намѣреніе атаковать его и позволяли ему принять нужныя мѣры для предупрежденія удара. Нѣмцы ограничились артиллерійской подготовкой въ нѣсколько часовъ, чю стало возможнымъ, главнымъ образомъ, благодаря широко использованной стрѣльбѣ химическими снарядами. Так. обр. они полностью использовали элементъ внезапности.

Подтвержденіемъ того, что рѣшеніе найдено, было то, что какъ только союзники примѣнили нѣмецкій методъ артиллерійской подготовки, улучшенный тѣмъ, что для преодолѣнiя оборонительной полосы примѣнены были многочисленные танки, то и они достигли крупныхъ успѣховъ.

Однако, при болѣе строгомъ разсмотрѣніи результатовъ наступленій 1918 года, можно прійти къ нѣсколько инымъ выводамъ. Вѣдь цѣлью прорыва былъ не только разгромъ прот-ка на опредѣленномъ участкѣ, а стремленіе освободиться отъ оковъ позиціонной воины и выйти въ поле, для примѣненія методовъ маневренной войны. Только тогда можно было бы считать, что задача рѣшена и средства атаки вновь стали сильнѣе средствъ обороны, если атакованный не смогъ затянуть образованнаго прорыва и принужденъ былъ къ отходу на всемъ фронтѣ.

Мы же видимъ какъ разъ обратное. Несмотря на прорывъ, фронтъ въ его цѣломъ, остается непоколебленнымъ. Арміи стоятъ на мѣстѣ, выдѣляютъ резервы и имѣютъ возможность, въ сравнительно короткій срокъ, ликвидировать прорывъ. Даже повторные удары, произведенные въ различныхъ точкахъ фронта, съ небольшими интервалами, не могли расшатать весь фронтъ. Поэтому, нельзя считать, что въ 1918 г. было найдено рѣшеніе задачи, поставленной военному искусству по прорыву, усилившихся до небывалыхъ размѣровъ, оборонительныхъ фронтовъ.

Итакъ, попытки выйти изъ тупика, возлагая всѣ надежды на артиллерію, оказались тщетными.

Всякое боевое столкновеніе слагается изъ двухъ элементовъ: движенія и огня. Совершенно ясно, что найти рѣшеніе, направляя всѣ силы на развитіе огня, не пытаясь какъ то использовать и второй элементъ, т. е., движеніе — должно привести къ неудачѣ.

Глубина боевыхъ порядковъ обороны достигала въ 1918 г. — 25 клм. Чтобы преодолѣть эту полосу, атакующему необходимо минимумъ двое сутокъ, и то при условіи непрерывнаго движенія пѣхоты. Послѣ этого наступаетъ моіментъ подтягиванія артиллеріи, смѣны и приведенія въ порядокъ дивизій, налаживаніе тыловъ и связи. Все это время, измѣряемое днями, используется атакованнымъ для подвода резервовъ къ мѣсту прорыва; при чемъ

[10]

резервы подходятъ используя желѣзныя дороги и авто-транспортъ, т. е., со скоростью во много разъ превосходящей возможности войскъ атаки, имѣющихъ у себя въ тылу полосу глубиной въ 25 клм., разрушенную артиллерійскимъ огнемъ и изрѣзанную окопами и ходами сообщеній. Принимая во вниманіе, что фронтъ атакованнаго тянется на сотни километровъ и что войска, занимающія этотъ фронтъ, не были всѣ втянуты въ бой, возможность выдѣлить резервы существуетъ всегда. Благодаря этому атакованному удавалось затягивать прорывъ.

Вотъ почему прорывы 1918 года не дали рѣшительныхъ результатовъ. Артиллерія сдѣлала все, что было въ ея силахъ: прорывы оборонительной полосы стали возможны; но, чтобы ихъ использовать и развить ударъ преслѣдованіемъ до окончательнаго разгрома противника, — средствъ въ рукахъ атаки не было. Конница этой задачи рѣшить не могла, такъ какъ малѣйшее сопротивленіе пѣхоты принуждало ее спѣшиваться, т. е., терять качества необходимыя для преслѣдованія. Вмѣстѣ съ тѣмъ, благодаря слабости своихъ огневыхъ средствъ — она не могла сломить сопротивленія даже очень слабыхъ пѣхотныхъ частей.

Танки того времени, созданные лишь для помощи пѣхоты, при преодолѣніи ею оборонительной полосы, также не могли рѣшить этой задачи. Они были тихоходны (4 клм. въ часъ), весьма непрочны, съ незначительнымъ радіусомъ дѣйствія. Но какъ полагаютъ многіе, именно въ нихъ и лежало рѣшеніе вопроса.

По окончаніи войны, какъ только техника улучшила тактическія качества броневыхъ частей, появилась возможность использовать элементъ движенія въ современномъ бою и, главнымъ образомъ, въ заключительномъ его актѣ — въ развитіи успѣха.

Можно думать, что современная армія имѣетъ средства для того, чтобы сраженіе не выродилось опять въ мертвыя формы позиціонной войны. Благодаря мощности артиллерійскаго огня и новымъ методамъ подготовки, прорывъ, даже сильно, укрѣпленной долговременной оборонительной позиціи, теоретически, считается возможнымъ. Ударныя же группы многочисленныхъ танковъ и бронеавтомобилей, дадутъ возможность преодолѣть оборонительную полосу противника на всю глубину и развить этимъ успѣхъ. Но, для рѣшительныхъ результатовъ обязательно должно быть осуществлено одно условіе. Всѣ средства, какъ артиллерійскія, такъ и авіація и броневыя части, должны ібыть сосредоточены въ огромномъ количествѣ, иначе оборона всегда найдетъ въ себѣ силу къ сопротивленію.

Всѣ арміи возлагаютъ большія надежды на новый родъ оружія — броневыя войска. Насколько при помощи нихъ удастся согласовать огонь и движеніе, покажетъ лишь боевая практика Большой Войны.

[11]