Шибаева В. Ф. Анна Яснитская — сестра милосердия «Великой войны»
Первая мировая война в истории народов Поволжья: материалы Международной научно-практической конференции (г. Чебоксары, 24 октября 2014 г.) / сост. и отв. ред. Ю. В. Гусаров; ЧГИГН, ГИА ЧР. — Чебоксары: ЧГИГН, 2015. С. 201-207.
Современники называли Первую мировую войну Великой: миллионы людей переоделись во фронтовые шинели, многочисленные общественные организации стали работать на нужды фронта. Историков, которые с начала 1990-х гг. вплотную занялись изучением участия России в Первой мировой войне, удивляет патриотический подъем общества в начале войны. На протяжении 1914-1916 гг. правительство пользовалось всенародной поддержкой. Патриотические демонстрации, добровольный уход представителей интеллигенции на фронт, даже массовое бегство подростков из дома — все это стало отличительной чертой первых месяцев войны{1}.
По мобилизации в июле 1914 г. в строй встали миллионы российских мужчин. Явка на призывные пункты в целом по стране составила 96%. Причем во множестве явились добровольцы, в русской терминологии — «охотники». За период с августа 1914 по декабрь 1915 г. в Петрограде, например, было принято охотниками 13 848 чел.{2}
Патриотический подъем не миновал и женщин России. Война заставила представительниц всех сословий принять посильное участие в помощи фронту. Почти в каждом губернском и уездном городе спешно развертывались госпитали и лазареты. Участницами добровольческого движения стали представительницы всех социальных слоев, национальностей, возрастов и религиозных верований{3}. Неудачи военных действий русской армии вызвали новый подъем патриотических чувств, охвативший и женщин, и юных девушек. Судя по сводкам периодической печати того времени, на фронт рвались из городов, станиц и сел необъятной России{4}.
Крупномасштабная война явилась экстремальной для общества ситуацией, нарушившей привычное течение жизни.
[201]
«Биржевые ведомости» от 9 августа 1915 г. писали: «За десять месяцев войны Россия наслышалась о всяких чудесах храбрости, геройства, порой граничащих с безумием. К ним так привыкли, что они не вызывают даже удивления, на них смотрят, как на нечто обычное». Многие русские женщины не хотели отставать от мужчин. Организованному этапу развития добровольной деятельности предшествовала целая волна стихийного ухода на фронт женщин и девушек в качестве рядовых солдат под чужими именами. Количество сообщений в прессе дает право говорить о таких действиях как об отдельном направлении патриотического движения, имевшем широкие масштабы.
Среди патриотов, ушедших воевать «за Веру, Царя и Отечество»{5}, защищать Родину от германцев, оказалась и уроженка Чувашского края Анна Владимировна Яснитская. Биографические сведения о ней крайне скудны. Известно, что Анна Яснитская — родная сестра жены известного чувашского историка и этнографа Н. В. Никольского, дочь русского священника с. Малое Яушево Ядринского уезда Казанской губернии{6} (ныне с. Малые Яуши Вурнарского района Чувашской Республики).
Ее отец, Владимир Сергеевич Яснитский, происходил из семьи священника и продолжил династию. В 1884 г. он окончил курс Казанской духовной семинарии по 2-му разряду. В августе того же года был назначен учителем Оточевского земского училища Ядринского уезда, в ноябре 1885 г. определен священником церкви с. Оточево. В 1898 г. перемещен в Михаило -Архангельскую церковь с. Тенеево (чув. Кюпеш Тени) того же уезда. В 1907 г. по прошению назначен священником в церковь Николая Чудотворца с. Малые Яуши того же уезда. Параллельно служил законоучителем в земских и церковноприходских школах Ядринского уезда. За отличную службу и прилежное поведение был награжден: набедренником (1894), скуфьей (1901), камилавкой (1908), наперсным крестом (1916), саном протоиерея (1920). За 25-летнее преподавание Закона Божьего в народных училищах в 1912 г. получил орден Святой Анны III степени, медаль — за участие в переписи 1897 г. В его послужном списке указаны сыновья: студент Московского университета Николай (1903-?) и работавший ветеринаром Валериан (1898-?){7}.
[202]
В многодетной семье протоиерея Владимира воспитывались также семь дочерей: Александра, Варвара, Анна, Валентина, Антонина, Зинаида, Екатерина. По воспоминаниям Н. В. Никольского, близко общавшегося с семьей Яснитских, девушки умели работать на приусадебном участке, в саду, кухне, были хорошими рукодельницами. Отлично знали чувашскую речь, чувашские обычаи, обряды, песни и танцы. Николаю Никольскому приглянулась старшая из дочерей — Александра. Она в 1905 г. с отличием окончила Казанское епархиальное женское училище{8}, затем продолжила медицинское образование в Казанской фельдшерской земской школе{9}. Молодые люди дружили два года и в июле 1907 г. обвенчались. Александра Владимировна была учёному верной спутницей и помощницей{10}.
Расскажем о её сестрах. Варвара родилась 5 декабря 1889 г.{11} В «Известиях по Казанской епархии» мы нашли сообщение о выпускном акте в Казанском училище девиц духовного ведомства в 1903 г. с упоминанием о ней: «В настоящем году Правление училища, с разрешения Его Высокопреосвященства, наградило золотою медалью воспитанницу Александру Алееву, серебряными — Варвару Бокову и Варвару Яснитскую»{12}. Антонина родилась 23 октября 1890 г.{13}, выучилась в Казанской земской фельдшерской школе{14}, работала фельдшером, затем врачом в Казани. Валентина родилась 18 мая 1894 г., работала в Казани учительницей{15}. В Казанском женском училище духовного ведомства получили образование Валентина и Екатерина{16}. Зинаида была воспитанницей Казанского епархиального женского училища{17}. Анна родилась 3 февраля 1895 г. Получила среднее образование в гимназии{18}. Окончила 6 классов Казанского епархиального женского училища{19}. В 1913 г. поступила на Казанские высшие женские курсы на отделение историко-общественных наук{20}.
С начала Первой мировой войны в Казани по инициативе и при активнейшем участии профессоров и преподавателей высших учебных заведений (Казанского университета, Ветеринарного института, Духовной академии, Высших женских курсов) были созданы и действовали благотворительные организации по оказанию помощи беженцам и раненым воинам{21}. Так, в помещении Казанских высших женских курсов
[203]
по инициативе Совета курсов был устроен на собственные средства лазарет на 12 кроватей{22}. Лечение больных и раненых в нем осуществлялось с октября 1914 г. под руководством Казанской общины сестер милосердия{23}. На содержание военного лазарета попечительный комитет курсов ассигновал 2 тыс. руб.{24}
Студентки, гимназистки, молодые интеллигентки в массовом порядке записывались в сестры милосердия, работали в госпиталях и лазаретах Казани. Известно, что Анна Яснитская «будучи уже на 2 курсе, одновременно работала в 1-ом (одном. — Ред.) из казанских госпиталей»{25}.
А. И. Солженицын в сборнике мемуаров «Доброволицы» приводит воспоминания об одной из девушек того времени: «Ставшая сестрой милосердия по идейным соображениям и добрая по душе, она глубоко переживала человеческие страдания и всячески хотела помочь. Поэтому и вызвалась на фронт, добровольно и сознательно пойдя на лишения и тяготы войны»{26}. Казанской студентке Анне Яснитской, видимо, также казалось недостаточным трудиться в тыловом лазарете, и 19 июня 1915 г. она уехала в действующую армию на австрийский фронт{27}, переодевшись в солдатскую форму. В «Вестнике Красного Креста» сообщалось: «…в г. Проскурове она вызвала подозрение и была задержана. Выяснилось, что она женщина. Ясницкая умоляла не высылать ее из армии. Она была зачислена в один из передовых санитарных отрядов, где быстро выдвинулась своей энергичной и самоотверженной работой»{28}.
Анна Яснитская служила заведующей бараком для заразных больных под г. Каменец-Подольск. Широко известно, что во время Первой мировой войны проблемы санитарно-гигиенического характера имели поистине гигантские масштабы. В течение первых двух лет войны основным инфекционным заболеванием в войсках был брюшной тиф. Наибольшее распространение болезнь получила на Юго-Западном и Западном фронтах. Пик заболеваемости брюшным тифом достиг к концу 1915 г.{29} По воспоминаниям современницы Анны Татьяны Варнек можно составить представление о героической деятельности сестер милосердия, оказывавших помощь инфекционным больным на фронтах: «Если нельзя было помочь медикаментами, держала руку умирающего бойца ночь напролет. А когда добавился новый враг — тиф — и врач санитар-
[204]
ного поезда закрылся от больных в своем купе; когда болели и умирали солдаты, офицеры и сами сестры, она, не думая о себе, помогала заболевшим сестрам. Они бредили, метались, и их надо было крепко держать, чтобы они не упали на пол»{30}.
В армии для борьбы с инфекциями на каждый армейский корпус имелся санитарно-гигиенический отряд, а на дивизию или бригаду как минимум по одному дезинфекционноэпидемиологическому отряду. Эпидемиологические отряды могли временно переформировываться в эпидемиологические пункты. В этих пунктах, как правило, временно размещались карантинные больные до отправки их в «заразные» госпитали. Пункт был рассчитан на 50 коек, имел 3-4 отделения: 1) для сыпного тифа на 20 кроватей, 2) для оспы или скарлатины на 5 кроватей, 3) для желудочно-кишечных заболеваний инфекционного характера (например, дизентерии, холеры, поноса) — на 15 кроватей, 4) для лихорадочных больных, с ещё не выясненным диагнозом — на 10 кроватей. В помощь ему мог также придаваться шоссейный дезинфекционный отряд, который занимался снабжением медикаментами и транспортировкой (эвакуацией) больных и раненых. Это свидетельствует об особой подвижности и оперативности данных подразделений{31}.
Обстановка на дорогах была сложной: большие группы беженцев целыми уездами двигались с запада на восток{32}. Во время одной из служебных поездок Анна Яснитская трагически погибла{33}. Шарабан, в котором она находилась, подвергся наезду грузового автомобиля. Это произошло 14 ноября 1915 г. у селения Должок, в 5 км от железнодорожной станции Каменец-Подольский{34}. В газете «Камско-волжская речь» от 18 ноября 1915 г. появилась заметка об Анне Яснитской, в которой сообщалось: «…Скончалась смертью героини. Все, кто знали покойную, отзывались о ней как чрезвычайно доброй, ласковой, весьма выносливой сестре; к этому еще надо присоединить ее чрезвычайную энергию; в заботах о раненых она очень часто позабывала об отдыхе, об еде, о личной жизни»{35}.
Первая мировая война вынесла название небольшого городка в заголовки мировых газет — в Каменец-Подольском размещался штаб Юго-Западного фронта. В 1915 г. его посетил император Николай II. В Каменец-Подольском проходила службу скромная сестра милосердия из Чувашского края Анна Яснитская, здесь же она и была погребена.
[205]
Первая мировая останется в нашей памяти подвигами, героизмом и самоотверженностью народов России. В год 100-летия войны, получившей название забытой, отдадим дань памяти нашим землякам — её участникам и современникам, в том числе Анне Владимировне Яснитской.
Литература и источники:
{1} Базанов С. Н. За честь и величие России // Забытая война. М., 2011. С. 333-461.
{2} Арефьев Б. В. Охотник. М., Русский путь. 2004. 368 с.
{3} Бокова Е. А. Женщины России в годы Первой мировой войны: деятельность на фронте и в тылу (по материалам периодической печати 1914-1918 гг.).
{4} Ермолов В. Женщины и дети в сражениях Первой мировой войны // История: газета. М.: Изд. дом «Первое сентября». 2003. № 9.
{5} Изоркин А. В. Волонтеры — это добровольцы // Советская Чувашия. 1994. 10 августа. С. 4.
{6} Научный архив Чувашского государственного института гуманитарных наук (НА ЧГИГН). Отд. I. Ед. хр. 304. Л. 33.
{7} Государственный исторический архив Чувашской Республики (ГИА ЧР). Ф. 535. Оп. 1. Д. 5. Л. 46 об., 47; Богословский Г. К. Справочная книга для Казанской епархии. Козьмодемьянский и Ядринский уезды. Казань, 1899. С. 319.
{8} НА ЧГИГН. Отд. I. Ед. хр. 168. Л. 539, 540.
{9} Национальный архив Республики Татарстан (НА РТ). Ф. 199. Оп. 2. Д. 664. Л. 100.
{10} Димитриев В. Д. Н. В. Никольский — ученый, педагог, общественный деятель. Чебоксары : Изд-во ЧГУ, 2002. С. 14-15.
{11} ГИА ЧР. Ф. 535. Оп. 1. Д. 5. Л. 46 об., 47.
{12} Известия по Казанской епархии. 1903. 1 октября. С. 653-661.
{13} ГИА ЧР. Ф. 535. Оп. 1. Д. 5. Л. 46 об., 47.
{14} НА РТ. Ф. 199. Оп. 2. Д. 1275. Л. 72; Д. 1064. Л. 48.
{15} Димитриев В.Д. Указ. соч.
{16} НА РТ. Ф. 199. Оп. 2. Д. 1064 (Список воспитанниц Казанского женского училища духовного ведомства за 1909 учебный год). Л. 103; Ф. 193. Оп. 2. Д. 962 (Список воспитанниц Казанского женского училища духовного ведомства за 1908-1909 учебный год). Л. 17, 18 об.
{17} Список воспитанниц Казанского епархиального женского училища, которым была оказана материальная помощь в 1913 г. // Известия по Казанской епархии. 1913. 22 марта. С. 385.
{18} НА ЧГИГН. Отд. I. Ед. хр. 335. Л. 33, 37.
{19} НА РТ. Ф. 199. Оп. 2. Д. 1064. Л. 207.
{20} Список слушательниц и вольнослушательниц Казанских высших женских курсов. Казань: Центральная типография. 1914. С. 52.
{21} Иванов А. Е. Российское «ученое сословие» в годы «Второй Отечественной войны» // Вопросы истории естествознания и техники. 1999. № 2. С. 108-127.
[206]
{22} Шарангина Н. А. Участие учебных заведений Казани в патриотическом движении в период Первой мировой войны. URL: http://www. archive.gov.tatarstan.ru/_go/anonymous/main/?path=/pages/ru/2nart/ 92vistupl/039_shalyapin_2014.
{23} Отчет комитета Казанской общины сестер милосердия Российского общества Красного Креста за 1914 и 1915 гг.
{24} НА РТ. Ф. 131 (Казанские высшие женские курсы). Оп. 1. Д. 141. Л. 57.
{25} НА ЧГИГН. Отд. I. Ед. хр. 237. С. 4.
{26} Мокиевская-Зубок 3. Гражданская война в России, эвакуация и «сидение» в Галлиполи глазами сестры милосердия военного времени (1917-1923) // Доброволицы: сб. воспоминаний / ред.-сост., автор вступ. ст., примеч. Т.В. Есина. М.: Русский путь, 2014. С. 174.
{27} НА ЧГИГН. Отд. I. Ед. хр. 237. С. 4.
{20} Вестник Красного Креста. № 1. 1916.
{29} Каминский Л. С., Новосельский С. А. Потери в прошлых войнах (1756-1918). М.: Медгиз, 1947. С. 164.
{30} Мокиевская-Зубок 3. Указ. соч.
{31} Мошкин А. Н., Валяев Я. В. Проблемы санитарно-гигиенической службы российской армии в годы Первой мировой войны // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия: История. Политология. Экономика. Информатика. № 8 (179). Вып. 30. 2014. С. 96-97.
{32} Беженцы и выселенцы: сб. ст. М., 1915.
{33} Известия по Казанской епархии. 1916. 15-22 ноября. С. 1007-1010.
{34} Вестник Красного Креста. № 1. 1916. С. 390.
{35} НА ЧГИГН. Отд. I. Ед. хр. 237. С. 4.
[207]