Смирновъ М. И. Краткій обзоръ оперативныхъ идей, положенныхъ въ основу организаціи и подготовки Русскаго Флота къ войнѣ въ періодъ 1906-1914 года. (Воспоминанія)

Зарубежный морской сборник. 1929. № 7-8. С. 59-78.

Редакторъ «Зарубежнаго Морского Сборника» просилъ меня освѣтить въ краткой статьѣ работы нашего Морского Вѣдомства по подготовкѣ флота къ войнѣ, по разработкѣ плановъ войны на морѣ въ періодъ 1906-1914 г. г.

Такъ какъ мнѣ довелось быть участникомъ разработки плановъ войны съ 1906 года (времени основанія Морского Ген. Штаба) по 1910 годъ, а затѣмъ до самаго начала войны я былъ въ курсѣ работъ Морского Генеральнаго Штаба въ этой отрасли. благодаря постоянному обмѣну мнѣніями съ покойнымъ А. В. Колчакомъ, на которомъ лежали обязанности по разработкѣ плановъ войны на Балтійскомъ морѣ, то я съ удовольствіемъ исполняю предложеніе Я. И. Подгорнаго.

Не имѣя въ своемъ распоряженіи никакого фактическаго матеріала, я руководствуюсь почти исключительно памятью и потому могу невольно ошибиться въ подробностяхъ. Но я полагаю, что основныя мысли мною изложены правильно. За невольныя ошибки прошу снисхожденія читателей.

Послѣ Русско-Японской войны у Россіи почти не осталось морской силы. Въ результатѣ наша политика принуждена была оставить замыслы о расширеніи на Дальнемъ Востокѣ для упроченія тамъ нашего вліянія и ограничиться стремленіемъ къ сохраненію нашихъ владѣній путемъ миролюбивыхъ договоровъ съ Японіей. Наши морскія задачи на Дальнемъ Востокѣ сократились до минимума. Вслѣдствіе же потери нашего Балтійскаго флота въ Тихомъ Океанѣ, а также роста морского могущества Германіи, мы также потеряли свое твердое положеніе на Балтійскомъ морѣ и фактически оказались на немъ въ весьма опасномъ положеніи. Наша столица С.-Петербургъ и наши прибалтійскія владѣнія сдѣлались необороненными и подверженными, въ случаѣ войны, ударамъ Германіи. На Черномъ морѣ мы пока еще имѣли превосходство въ силахъ надъ турецкимъ флотомъ, но ввиду начавшагося національнаго пробужденія Турціи и стремленія ея къ обновленію своего флота, мы должны были зорко слѣдить за его развитіемъ и не отставать отъ него въ его ростѣ.

Къ счастью, духъ офицерскаго состава нашего флота не былъ сломленъ и онъ горѣлъ желаніемъ работать, уяснить причины нашихъ пораженій и возсоздать флотъ, необходимый для рѣшенія политическихъ задачъ нашего Отечества.

[59]

Офицерскому составу флота было понятно, что главной причиной нашихъ пораженій на морѣ было отсутствіе планомѣрности въ подготовкѣ и веденіи войны и несоотвѣтствіе развитія вооруженныхъ силъ съ военно-политическими задачами государства. Личный составъ показала, на войнѣ высокія свойства доблести и преданности долгу, но эти свойства не искупили недостатковъ подготовки флота къ войнѣ и малаго развитія военныхъ знаній.

Въ 1906 году молодой тогда лейтенантъ А. Н. Щегловъ, пользуясь архивами Главнаго Морского Штаба, разработалъ записку «Значеніе и работа Штаба по опыту Русско-Японской войны», въ которой онъ показалъ, что, хотя Россія израсходовала на флотъ въ два раза больше денегъ, чѣмъ Японія, въ теченіе десятилѣтія, предшествовавшаго войнѣ, но на театрѣ войны наши морскія силы были всегда слабѣе японскихъ. Онъ также показалъ въ своей запискѣ, что у насъ вообще не существовало плана войны на морѣ и даже не было въ составѣ Морского Министерства авторитетнаго учрежденія, занимавшагося разработкой плановъ войны и вопросами подготовки къ ней. А. Н. Щегловъ детально разработалъ проектъ учрежденія Морского Генеральнаго Штаба, какъ самостоятельнаго центральнаго учрежденія Морского Вѣдомства.

Кругъ дѣятельности этого учрежденія охватывалъ идейную сторону работы Морского Вѣдомства въ вопросахъ развитія флота и подготовки его къ войнѣ.

Лейтенантъ А. Н. Щегловъ представилъ свою записку Морскому Министру адмиралу А. А. Бирилеву. Послѣдній отнесся къ этому проекту довольно равнодушно и запискѣ, повидимому, суждено было быть похороненной въ архивахъ, подобно многимъ другимъ благимъ пожеланіямъ.

А. Н. Щегловъ случайно далъ свою записку для прочтенія контръ-адмиралу графу А. Ф. Гейдену, состоявшему въ должности Начальника Морской Походной Канцеляріи при Государѣ Императорѣ. Графъ Гейденъ проникся идеями Щеглова и доложилъ его записку Его Величеству. Въ результатѣ Государь далъ рескриптъ на имя Морского Министра съ повелѣніемъ создать Морской Генеральный Штабъ.

Новое учрежденіе было создано въ теченіе одной недѣли. Начальникомь Штаба былъ назначенъ капитанъ 1 ранга Л. А. Брусиловъ, его помощникомъ — капитанъ 2 ранга А. В. Шталь, Начальникомъ Балтійскаго Оперативнаго Отдѣла — лейтенантъ А. Н. Щегловъ, Черноморскаго — капитанъ 2 ранга М. И. Красиковъ, Тихоокеанскаго — капитанъ 2 ранга М. М. Римскій-Корсаковъ, Организаціонно-тактическаго (Русской статистики) — лейтенантъ А. В. Колчакъ, Иностраннаго Статистическаго — капитанъ 2 ранга Л. Ф. Керберъ. Авторъ настоящей статьи

[60]

былъ назначенъ въ Иностранный Отдѣлъ, но въ то же время помогалъ А. Н. Щеглову и А. В. Колчаку въ разработкѣ отдѣльныхъ вопросовъ по организаціи флота и по программамъ его развитія.

Передъ Морскимъ Генеральнымъ Штабомъ первымъ долгомъ явилось выяснить тѣ военно-политическія задачи, которыя должны быть приняты въ основу плановъ войны на морѣ и плановъ развитія флота.

Военно-политическая обстановка въ то время опредѣлялась двумя основными группировками державъ — Тройственнымъ Союзомъ между Германіей, Австро-Венгріей и Италіей, къ которымъ въ 1883 году присоединилась Румынія, и Франко-Русскимъ Союзомъ, заключеннымъ въ 1892 году. Интересы Россіи сталкивались съ интересами Тройственнаго Союза въ стремленіи Германіи и Австріи захватить въ свои руки главенствующее вліяніе на Балканскомъ полуостровѣ и въ Турціи. Россія видѣла въ этомъ угрозу своимъ жизненнымъ интересамъ на Черномъ морѣ, черезъ которое шло 60% вывоза нашихъ товаровъ черезъ морскія границы. Вообще же моремъ шло 80% всего нашего вывоза. Пока проливы находились въ рукахъ ослабленной Турціи, нашей торговлѣ не грозила опасность, но въ случаѣ подпаданія Турціи подъ вліяніе Центральныхъ Державъ, положеніе мѣнялось въ невыгодную для насъ сторону.

До 1900 года владычица морей Англія находилась въ положеніи «Splendid Isolation» въ отношеніи европейскихъ группировокъ державъ. Ея господству на моряхъ всего земного шара, необходимому для обезпеченія связи съ колоніями и морской торговли — источниковъ ея существованія, не грозила опасность ни съ чьей стороны. Ея симпатіи скорѣе склонялись на сторону Германіи, вслѣдствіе историческихъ традицій и близости культуры. Франція, хотя и отставшая далеко отъ Англіи въ своемъ морскомъ могуществѣ, являлась въ прошломъ ея соперникомъ, какъ въ области морского развитія, такъ и въ колоніальныхъ вопросахъ въ Африкѣ. Россію и Англію раздѣляло историческое соперничество въ Средней Азіи и наше распространеніе на Дальнемъ Востокѣ затрагивало интересы Англіи въ Китаѣ.

Въ своихъ судостроительныхъ программахъ Англія руководствовалась принципомъ: «Two power Standard» — имѣть флотъ, превосходящій по силѣ флоты двухъ сильнѣйшихъ морскихъ державъ — Франціи и Россіи.

Поворотнымъ пунктомъ англійской политики явилось проведеніе въ Германіи законовъ о флотѣ 1898 и 1900 годовъ. Созданіе германскаго флота въ размѣрахъ, предусмотрѣнныхъ закономъ 1900 года, заставило бы Англію, для сохраненія своего изолированнаго положенія, руководствоваться уже не «Two power Standard», а «Three power Standard», т. е. имѣть флотъ,

[61]

превосходящій флоты Франціи, Россіи и Германіи, что было бы слишкомъ тяжело для Англіи. Другой альтернативой было искать соглашенія интересовъ съ Франціей и Россіей и въ судостроительной политикѣ считаться только съ Германіей.

Намѣренія Германіи въ созданіи флота были ясно видны въ предисловіи къ ея морскому закону, а именно: «Германія должна имѣть боевой флотъ такой силы, чтобы война съ ней, даже для наиболѣе могущественнаго морского противника, вызывала рискъ потери его морского превосходства. Для достиженія этой цѣли не является совершенно необходимымъ, чтобы германскій флотъ былъ такъ же силенъ, какъ флотъ сильнѣйшей морской державы, такъ какъ никакая великая морская держава не будетъ въ состояніи сосредоточить противъ Германіи всѣ свои силы. Даже если бы противнику удалось сосредоточить противъ Германіи превосходныя силы, то пораженіе германскаго флота настолько ослабило бы врага, что, несмотря на достигнутую побѣду, его господство на морѣ не было бы обезпечено въ достаточной степени. Для достиженія этой цѣли, т. е. для защиты нашей торговли и колоній и для обезпеченія мира, достойнаго Германіи сообразно съ силой великихъ морскихъ державъ и руководствуясь тактическими нормами, Германія должна имѣть флотъ, состоящій изъ двухъ двойныхъ эскадръ линейныхъ кораблей, съ необходимымъ числомъ крейсеровъ, миноносцевъ и т. п.».

По закону, принятому Рейхстагомъ 14 іюня 1900 года, германскій флотъ долженъ состоять изъ двухъ двойныхъ эскадръ, каждая изъ которыхъ состоитъ изъ флагманскаго линейнаго корабля и двухъ эскадръ по 8 линейныхъ кораблей въ каждой, 4 большихъ и 16 малыхъ крейсеровъ и 16 дивизіоновъ эскадренныхъ миноносцевъ (по б судовъ въ дивизіонѣ, всего 94 эск. миноносца). Сверхъ того, 10 большихъ и 10 малыхъ крейсеровъ для заграничной службы и матеріальный резервъ въ составѣ 4 линейныхъ кораблей, 2 большихъ и 4 малыхъ крейсеровъ. Всего по этому закону въ составѣ германскаго флота должно быть 38 линейныхъ кораблей, 16 большихъ и 30 малыхъ крейсеровъ и 96 эскадренныхъ миноносцевъ.

Съ этой дополнительной морской силой пришлось бы считаться Англіи для сохраненія своего изолированнаго положенія въ міровой политикѣ. Германскій морской законъ совершенно откровенно показывалъ, противъ кого направлено созданіе морского могущества.

Результатомъ намѣренія Германіи состязаться въ морскомъ могуществѣ съ Англіей явились шаги послѣдней къ сближенію съ Франціей и къ урегулированію спорныхъ вопросовъ въ Африкѣ. Въ 1904 г. было заключено соглашеніе (Entente Cordiale), по которому Франція обязалась не сопротивляться британскимъ

[62]

интересамъ въ Египтѣ, а Англія взялась оказывать поддержку французскимъ интересамъ въ Марокко. Въ результатѣ уничтоженія русскаго морского могущества на Дальнемъ Востокѣ Англія получила возможность увести изъ китайскихъ водъ всѣ свои линейные корабли и сосредоточить ихъ въ метрополіи для усиленія своего home-fleet противъ Германіи.

Слѣдомъ за соглашеніемъ съ Франціей, Англія сдѣлала шаги для разрѣшенія спорныхъ вопросовъ съ Россіей въ Азіи. Въ 1907 году было заключено соглашеніе, разграничивающее сферы вліянія Россіи и Англіи въ Персіи. Историческая боязнь, раздѣлявшаяся извѣстной частью англійскихъ политическихъ круговъ, «похода Россіи на Индію», уже давно потеряла почву и между Россіей и Англіей не осталось серьезныхъ вопросовъ разногласія въ области внѣшней политики, наоборотъ, возникла общность интересовъ вслѣдствіе роста военнаго и морского могущества Германіи.

Хотя формально «Тройственное Соглашеніе» между Россіей, Франціей и Англіей заключено не было, но ходъ событій предуказывалъ, что въ случаѣ европейской войны Англія, вѣроятно, будетъ на нашей сторонѣ и во всякомъ случаѣ не явится нашимъ противникомъ.

Такимъ образомъ слагалась политическая обстановка ко времени созданія Морского Генеральнаго Штаба.

Начальникъ Штаба стремился получить отъ Россійскаго Императорскаго Правительства политическія основанія, которыя должны быть приняты въ основу развитія флота и въ рядѣ бесѣдъ съ Министромъ Иностранныхъ Дѣлъ онъ получилъ словесныя указанія, что, хотя наши стремленія направлены къ сохраненію мира, но тенденціи къ расширенію своихъ интересовъ державами Тройственнаго Союза могутъ вовлечь насъ въ войну, при которой политическія группировки сложатся, какъ указано выше.

Матеріальный составъ нашего флота въ 1906 году былъ чрезвычайно малъ. Можно было учитывать, какъ имѣющія нѣкоторое боевое значеніе, только слѣдующія силы:

Балтійское море:
Линейные корабли «Слава» и «Цесаревичъ», броненосные крейсеры: «Громовой», «Россія», легкіе крейсеры: «Богатырь», «Олегъ», «Аврора», «Діана», двадцать два новыхъ эскадренныхъ миноносца, построенныхъ на добровольныя пожертвованія и восемнадцать новыхъ эскадренныхъ миноносцевъ меньшаго размѣра. Кромѣ того, достраивались линейные корабли: «Императоръ Павелъ І», «Андрей Первозванный», броненосные крейсеры: «Рюрикъ», «Адмиралъ Макаровъ», «Баянъ» и «Паллада». Было еще довольно большое число учебныхъ судовъ и малыхъ миноносцевъ, имѣющихъ весьма ограниченное боевое значеніе, а

[63]

также нѣсколько подводныхъ лодокъ экспериментальныхъ типовъ.

Опытъ Русско-Японской войны вызвалъ появленіе въ Англіи линейнаго корабля новаго могущественнаго типа «Dreadnought», давшаго такой скачокъ въ развитіи силы индивидуальнаго корабля, что всѣ единицы нашего флота, даже находящіяся въ постройкѣ, должны были считаться уже устарѣвшими.

Черное море:
Линейные корабли: «Пантелеймонъ», «Три Святителя» и «Ростиславъ»; легкіе крейсеры: «Память Меркурія» и «Кагулъ»; нѣсколько эскадренныхъ миноносцевъ малаго размѣра и нѣсколько разнотипныхъ подводныхъ лодокъ. Въ постройкѣ находились: линейные корабли «Іоаннъ Златоустъ» и «Св. Евстафій» и четыре эскадренныхъ миноносца. Кромѣ того, какъ и въ Балтійскомъ морѣ, довольно много учебныхъ и устарѣвшихъ кораблей, почти не имѣющихъ боевого значенія.

На Дальнемъ Востокѣ:
Легкіе крейсеры: «Аскольдъ» и «Жемчугъ» и нѣсколько миноносцевъ и подводныхъ лодокъ.
Для составленія планомѣрной программы развитія морскихъ силь необходимо было установить задачи флота въ согласіи съ общимъ планомъ обороны государства.

Какъ основное правило, Морскимъ Генеральнымъ Штабомъ было принято слѣдующее положеніе: всякая затрата средствъ на флотъ, не истекающая изъ общаго плана обороны, согласованнаго съ военно-политическими задачами государства, является безцѣльной и лишаетъ флотъ средствъ, могущихъ быть необходимыми для его цѣлесообразнаго и планомѣрнаго развитія. Между тѣмъ, для разработки такой программы встрѣчалось серьезное затрудненіе — вслѣдствіе разстройства нашей арміи послѣ Русско-Японской войны въ сухопутномъ Генеральномъ Штабѣ также не было еще установлено твердыхъ основаній плана войны. Тѣмъ не менѣе, послѣ ряда обсужденій вопроса между Начальниками Генеральныхъ Штабовъ генераломъ Палицинымъ и адмираломъ Брусиловымъ, лѣтомъ 1906 года ими былъ представленъ совмѣстный всеподданнѣйшій докладъ, по которому задачи флота, въ его наличномъ составѣ, опредѣлялись слѣдующимъ образомъ: на Балтійскомъ морѣ оборонить побережье отъ высадки непріятельскаго десанта восточнѣе меридіана острова Гогландъ, по крайней мѣрѣ въ теченіе перваго мѣсяца мобилизаціи нашей арміи, а въ дальнѣйшемъ развитіи флота стремиться къ выносу обороны Финскаго залива къ его устью. На Черномъ морѣ — обезпечить наши берега отъ дѣйствій турецкаго и румынскаго флотовъ: на Дальнемъ Востокѣ, по мѣрѣ возможности, содѣйствовать имѣемыми силами оборонѣ залива Петра Великаго и Владивостокской крѣпости.

[64]

Задачи эти были утверждены Государемъ Императоромъ. Онѣ, конечно, были весьма ограниченныя, но это быль тотъ максимумъ, на который можно было въ то время получить согласіе сухопутнаго Генеральнаго Штаба. Постановка этихъ основныхъ задачъ давала возможность приступить къ разработкѣ оперативнаго плана для имѣемыхъ въ наличіи силъ, а также плана развитія нашихъ морскихъ силъ. Исходя же изъ оперативнаго плана, можно было опредѣлить организацію флота.

Позволю себѣ сдѣлать отступленіе, чтобы пояснить, что Морской Генеральный Штабъ въ то время понималъ подъ терминомъ «планъ войны». Надо сказать, что образца такого плана въ Морскомъ Вѣдомствѣ съ самаго его существованія не было. Намъ самимъ надо было для себя установить содержаніе этого понятія и мы заимствовали его изъ сухопутныхъ курсовъ стратегіи генераловъ Леера и Михневича. Подъ понятіемъ плана войны мы подразумѣвали планъ развертыванія флота для войны, въ согласіи съ идеей первоначальной операціи, отнюдь не закрѣпляя заранѣе этой операціи, но создавая для Командующаго флотомъ наиболѣе благопріятное положеніе для выполненія операціи въ соотвѣтствіи съ обстановкой.

Согласно съ задачей флота на Балтійскомъ морѣ — оборонить побережье Финскаго залива восточнѣе меридіана о-ва Гогландъ, лейтенантомъ Щегловымъ, занимавшимъ должность Завѣдывающаго въ М. Г. Штабѣ Оперативнымъ Отдѣломъ по Балтійскому морю, была разработана слѣдующая идея операціи: загражденіемъ минами узкихъ фарватеровъ къ сѣверу и югу отъ Гогланда и защитой этихъ загражденій артиллерійскимъ огнемъ флота воспрепятствовать проникновенію непріятельскаго флота въ восточную часть Финскаго залива, въ случаѣ же прорыва непріятеля черезъ нашу укрѣпленную позицію, вступить съ прорвавшимся флотомъ въ рѣшительный бой. Для выполненія этой идеи предполагалось: а) развернуть подводныя лодки на позиціяхъ западнѣе меридіана Гогландъ для ослабленія непріятельскаго флота по мѣрѣ его движенія въ восточную часть залива, б) сосредоточить минные заградители для постановки съ началомъ мобилизаціи намѣченныхъ минныхъ загражденій, в) сосредоточить линейный флотъ съ крейсерами восточнѣе минныхъ загражденій, г) сосредоточить часть миноносцевъ въ Финляндскихъ шхерахъ для дѣйствій по непріятельскому флоту при движеніи къ нашей позиціи и сосредоточить другую часть миноносцевъ при линейномъ флотѣ для боя на позиціи. Главной базой флота, исходя изъ этой идеи операціи, являлся Кронштадтъ.

Сообразно съ этимъ опредѣлялась слѣдующая организація Балтійскаго флота: бригада линейныхъ кораблей, въ которую входили всѣ имѣемые линейные корабли, 1-ая бригада крейсеровъ (болѣе новые крейсеры), 2-ая бригада крейсеровъ (болѣе

[65]

старые крейсеры), 1-ая минная дивизія, состоявшая изъ 40 новыхъ эскадренныхъ миноносцевъ, для дѣйствій при линейномъ флотѣ, 2-ая минная дивизія (36 болѣе старыхъ миноносцевъ), для дѣйствій изъ Финляндскихъ шхеръ, бригада подводныхъ лодокъ и отрядъ минныхъ заградителей. Учебныя суда, которыхъ приходилось имѣть непропорціонально много, вслѣдствіе короткаго срока службы матросовъ и малаго числа сверхурочно-служащихъ, во время войны должны были нести вспомогательныя задачи по охранѣ рейдовъ и т. п.

Вышеуказанная оперативная идея была болѣе или менѣе подъ силу имѣемому у насъ вь наличіи флоту, но. конечно, она была въ общемъ неудовлетворительна, такъ какъ оставляла необороненнымъ все побережье Финскаго залива къ западу отъ меридіана Готланда, а также Рижскій и Ботническій заливы и побережье Балтійскаго моря.

Поэтому было приступлено къ разработкѣ болѣе широкой оперативной идеи, которая должна была лечь въ основаніе плана развитія Балтійскаго флота. Разработка эта также велась лейтенантомъ Щегловымъ.

Необходимой подготовительной работой было установленіе тактической организаціи флота. Этотъ вопросъ былъ разработанъ А. В. Колчакомъ. Не входя здѣсь въ обсужденіе тактическихъ основаній, упомяну только, что составъ эскадры, способной къ самостоятельной дѣятельности на морѣ, былъ опредѣленъ слѣдующій: дивизія линейныхъ кораблей, состоящая изъ двухъ бригадъ по 4 корабля въ каждой, дивизія линейныхъ крейсеровъ изъ четырехъ судовъ, дивизія легкихъ крейсеровъ изъ 8 судовъ и дивизія эскадренныхъ миноносцевъ изъ 4 дивизіоновъ по 9 миноносцевъ въ каждомъ. Организація флота, согласно съ разработаннымъ теоретическимъ составомъ, была утверждена законодательнымъ порядкомъ въ видѣ «Положенія о составѣ и подраздѣленіи флота».

Перейду теперь къ изложенію хода мыслей по разработкѣ «большого плана войны» на Балтійскомъ морѣ, положеннаго въ основу развитія морскихъ силъ.

Германскій законъ о флотѣ, дополненный въ 1906 году, предусматривалъ слѣдующій составъ флота: 38 линейныхъ кораблей, 20 большихъ крейсеровъ, 38 малыхъ крейсеровъ и 144 эскадренныхъ миноносца. Число подводныхъ лодокъ не фиксировалось и опредѣлялось сообразно указаніямъ опыта.

Лучшимъ рѣшеніемъ вопроса объ оборонѣ нашего побережья въ Балтійскомъ морѣ явился бы бой въ открытомъ морѣ съ непріятельскимъ флотомъ. Для этого надо было бы создать флотъ, равный германскому. Это, конечно, было намъ тогда не подъ силу. Государство не могло вынести подобной финансовой тяжести, принимая во вниманіе другія потребности. Кромѣ того,

[66]

наши судостроительные заводы не были достаточно развиты, чтобы справиться съ постройкой столь большого флота.

По тщательномъ обсужденіи вопроса въ Морскомъ Генеральномъ Штабѣ были приняты слѣдующія основныя положенія:

а) Какова бы ни была обстановка на морѣ, даже при ограниченной задачѣ, въ составъ флота должны входить корабли всѣхъ основныхъ типовъ, соотвѣтственно тактическимъ требованіямъ. Задачи флота могутъ быть оборонительными, но флотъ по своему составу не можетъ быть оборонительнымъ, напримѣръ, состоящимъ только изъ миноносцевъ и подводныхъ лодокъ, такъ какъ такой флотъ по самой своей сущности будетъ обреченъ на неуспѣшныя дѣйствія, имѣя противникомъ морскую силу, состоящую изъ всѣхъ основныхъ типовъ кораблей, въ соотвѣтствіи съ требованіями морской тактики.

б) Необходимо создавать флотъ въ такой постепенности, чтобы онъ въ каждой стадіи своего развитія могъ, въ случаѣ войны, выполнить опредѣленную оперативную задачу, соотвѣтственно съ общимъ планомъ войны для сухопутныхъ и морскихъ вооруженныхъ силъ, т. е. чтобы война не застала флотъ неподготовленнымъ для выполненія той задачи, которая отъ него потребуется планомъ войны. Другими словами — расширять задачу, слѣдуя за ростомъ флота. Исходя изъ этихъ основаній, въ соотвѣтствіи съ обстановкой на Балтійскомъ морѣ, въ Морскомъ Генеральномъ Штабѣ въ 1906 году была разработана слѣдующая оперативная идея для развитія Балтійскаго флота. Въ случаѣ войны съ Германіей, когда она будетъ имѣть возможность сосредоточить противъ насъ всѣ свои морскія силы, задачей нашего флота явится оборонить Финскій заливъ у его устья. Въ случаѣ же участія въ войнѣ Англіи на нашей сторонѣ, нашъ флотъ долженъ имѣть возможность дѣйствовать у береговъ Германіи. При войнѣ съ Германіей, безъ участія Англіи на нашей сторонѣ, основной операціей нашего флота будетъ бой съ германскимъ флотомъ на укрѣпленной позиціи при попыткѣ послѣдняго проникнуть въ Финскій заливъ.

Позицію предполагалось создать на линіи островъ Наргенъ — мысъ Паркалаудъ (вѣрнѣе, островокъ Макилото, исковерканное слово Макъ Элліотъ), путемъ постройки на этихъ пунктахъ батарей морскихъ орудій самаго мощнаго типа (14-дюймовыхъ). Пространство Финскаго залива между этими пунктами заградить нѣсколькими линіями минъ. Впереди минныхъ загражденій поставить подводныя лодки на позиціяхъ. Линейный флотъ сосредоточить къ востоку отъ миннаго загражденія для боя съ противникомъ во время форсированія послѣднимъ миннаго загражденія. Кромѣ того, предполагалось сосредоточить сильные отряды миноносцевъ въ Оландскихъ островахъ и въ Моонзундѣ для дѣйствій во флангъ непріятельскаго флота.

[67]

Какъ видно, оперативная идея какъ для имѣемаго въ наличіи флота, такъ и для флота, который предполагалось создать, сводилась къ бою на подготовленной позиціи. Слѣдуетъ оговориться. что эта идея отнюдь не привязывала флотъ къ позиціи и не являлась отказомъ отъ активныхъ дѣйствій въ морѣ, наоборотъ, она давала флоту широкую базу для наступательныхъ дѣйствій, но въ случаѣ сосредоточенія противъ нашего флота превосходныхъ силъ противника, она давала возможность выполнить оперативную задачу въ связи съ общимъ планомъ обороны, а не быть просто заблокированнымъ въ своей базѣ, какъ это случилось съ германскимъ флотомъ на Сѣверномъ морѣ во время Великой войны.

Для рѣшенія этой задачи намѣчалось создать флотъ слѣдующаго состава: двѣ эскадры, т. е. 16 линейныхъ кораблей, 8 линейныхъ крейсеровъ. 16 легкихъ крейсеровъ и 72 эскадренныхъ миноносца. Для Оландскихъ острововъ и Моонзунда — отдѣльную дивизію эскадренныхъ миноносцевъ (36 судовъ). Подводныхъ лодокъ намѣчалось имѣть 36.

Главной оперативной базой флота былъ намѣченъ Ревель, гдѣ предполагалось создать большой военный портъ, защищенный крѣпостью.

Вопросъ времени осуществленія этого плана требовалъ согласованія его, во первыхъ, съ общимъ планомъ обороны государства и во вторыхъ, съ финансовыми возможностями. Обь этомъ будетъ сказано ниже, теперь же я перейду къ идеямъ плана войны на Черномъ морѣ.

Здѣсь вѣроятнымъ противникомъ являлся турецкій флотъ, который могъ быть усиленъ австрійскимъ, а возможно, хотя мал вѣроятно, и итальянскимъ. Турецкій флотъ въ 1906 году быль ничтожнаго состава и нашъ Черноморскій флотъ имѣлъ надъ нимъ полное превосходство, но при присоединеніи къ турецкому флоту австрійскаго, наши вѣроятные противники получали если не превосходство, то равенство въ силахъ съ нами.

Географическая обстановка на Черномъ морѣ давала намъ возможность бороться даже съ сильнѣйшимъ противникомъ, а именно, узкій выходъ изъ Босфора могъ быть загражденъ минами, защищенными огнемъ нашего флота, находящагося постоянно въ морѣ и блокирующаго непріятельскій флотъ въ Босфорѣ. Эта идея и была принята Морскимъ Генеральнымъ Штабомъ въ основу оперативнаго плана на Черномъ морѣ.

Соотвѣтственно съ этой идеей были реорганизованы имѣемыя въ Черномъ морѣ морскія силы.
Основная идея «большого плана» на Черномъ морѣ зависѣла отъ рѣшенія вопроса о турецкихъ проливахъ — Босфора и Дарданеллъ.

[68]

Согласно международнымъ договорамъ ключи отъ Чернаго моря находились въ рукахъ турецкаго Султана. Черное море являлось закрытымъ для военныхъ кораблей всего міра, входъ въ него не разрѣшался военнымъ кораблямъ всѣхъ національностей, равно какъ и выходъ изъ него былъ закрытъ для русскаго флота. Для торговыхъ судовъ проливы были открыты. Такое положеніе, хотя и не вполнѣ удовлетворительное для Россіи, было все же лучше другихъ возможныхъ рѣшеній, напримѣръ, разрѣшенія иностраннымъ и русскимъ военнымъ кораблямъ свободнаго прохода черезъ проливы, такъ какъ при такомъ положеніи мы могли бы увидѣть въ Черномъ морѣ еще до начала войны флотъ могущественнаго морского противника. Возможно было бы еще иное рѣшеніе вопроса — неразрѣшеніе иностраннымъ флотамъ входа въ Черное море, но право свободнаго прохода черезъ проливы для флотовъ державъ, владѣвшихъ побережьемъ Чернаго моря, т. е. и Россіи. Это могло быть выгоднымъ для насъ, но, конечно, было недостижимо никакими дипломатическими переговорами. Нейтрализація или интернаціонализація проливовъ ни подъ какимъ видомъ не была допустима для русскихъ интересовъ, такъ какъ вводила бы международный контроль надъ проливами, въ которыхъ, главнымъ образомъ, была заинтересована Россія для свободы ея морской торговли. Пока проливы находятся въ рукахъ слабой Турціи, сильная Россія съ ней сговорится, но если контроль надъ проливами будетъ въ рукахъ сильныхъ морскихъ державъ, то въ ихъ руки перейдетъ и контроль надъ нашей торговлей. Въ 1906 году разложеніе Турціи представлялось только вопросомъ времени, поэтому наиболѣе благопріятное рѣшеніе вопроса — переходъ проливовъ въ руки Россіи — представлялся возможнымъ при благопріятной политической обстановкѣ.
Исходя изъ этихъ соображеній, въ основу «большого плана войны» на Черномъ морѣ Морскимъ Генеральнымъ Штабомъ была принята задача — готовиться къ завладѣнію Босфоромъ и Дарданеллами при благопріятной политической обстановкѣ, въ ближайшее же время развивать морскія силы для активной блокады Босфора. Сообразно съ этимъ было предположено созданіе на Черномъ морѣ одной эскадры полнаго состава, т. е. 8 лин. кораблей, 4 лин крейсеровъ, 8 легк. крейсеровъ, 36 эскадренныхъ миноносцевъ. Кромѣ того — 20 подводныхъ лодокъ.
На Дальнемъ Востокѣ не предполагалось развивать флотъ, а только поддерживать и обновлять имѣемыя силы.

Таковы были идеи, намѣченныя въ 1906 году, какъ основа оперативныхъ плановъ флота и плановъ его развитія.

Перейду теперь къ разсмотрѣнію того, какъ эти идеи видоизмѣнялись и въ какомъ видѣ они вылились въ 1914 году — началу Великой войны.

[69]

Морской Генеральный Штабъ еще къ 1906 году изложилъ программу развитія морскихъ силъ въ формѣ записки, съ приложеніемъ таблицъ предполагаемыхъ сроковъ закладки и готовности судовъ. Выполненіе программы было намѣчено въ теченіе десятилѣтія. Эта программа обсуждалась съ точки зрѣнія ея выполнимости одновременно въ двухъ совѣщаніяхъ. Одно въ Морскомъ Министерствѣ (въ составѣ высшихъ чиновъ Вѣдомства), другое въ Совѣтѣ Государственной Обороны.

Какъ въ томъ, такъ и въ другомъ совѣщаніи дѣло совершенно не двигалось съ мертвой точки. Изъ совѣщаній въ Морскомъ Министерствѣ выяснилось только, что наши судостроительные заводы столь неподготовлены къ выполненію какой либо программы, что они даже не могутъ дать приблизительную расцѣнку стоимости ея выполненія.

Въ совѣщаніяхъ же Совѣта Государственной Обороны опредѣлилась невозможность получить санкцію этого высокаго учрежденія на какую бы то ни было программу развитія флота, пока не выработанъ полный планъ потребностей Военнаго Вѣдомства для реорганизаціи арміи.

Выработка же такого плана представлялась вопросомъ отдаленнаго будущаго.

Тогда Морской Министръ рѣшилъ не дожидаться утвержденія полной программы судостроенія, а начать строить четыре линейныхъ корабля класса «Dreadnought» для Балтійскаго моря. Сумма, потребная для начала постройки этихъ кораблей, была включена въ проектъ бюджета Морского Министерства въ 1907 году, внесенный въ Государственную Думу.

Въ Государственной Думѣ выяснилась тенденція, противная ассигнованію средствъ на постройку кораблей, вслѣдствіе недовѣрія къ умѣнію Морского Министерства справиться съ этой работой, а также вслѣдствіе неуясненія Думой вопроса о необходимости флота для Россіи.

Въ 1908 году вновь назначенный Морской Министръ генералъ-адъютантъ адмиралъ И. М. Диковъ рѣшилъ сдѣлать шаги для уясненія членами Государственной Думы вопроса о необходимости постройки флота. По предложенію члена Государственной Думы фракціи Октябристовъ Милютина, у него на квартирѣ состоялся рядъ совѣщаній, въ которыхъ приняли участіе наиболѣе видные члены Думы фракцій Октябристовъ и Націоналистовъ, Докладчиками на этихъ совѣщаніяхъ были М. М. Римскій-Корсаковъ на тему — зачѣмъ Россіи нуженъ флотъ, А, В, Колчакъ какой Россіи нуженъ флотъ. А. Н. Щегловъ — программы судостроенія и авторъ настоящей статьи — реформы Морского Вѣдомства. Были еще два совѣщанія — одно съ крайне-правыми членами Думы у Пуришкевича, другое съ членами конституціонно-демократической фракціи у Милюкова.

[70]

Въ результатѣ этихъ совѣщаній мы добились только того, что члены Государственной Думы заявили намъ, что они убѣдились въ необходимости флота для Россіи, но не измѣнили своего взгляда о невозможности ассигнованія средствъ на постройку флота, вслѣдствіе неподготовленности къ этому Морского Министерства.

Такимъ образомъ, и въ Государственной Думѣ наше дѣло попало въ тупикъ. Необходимо было торопиться съ реформами.

Къ разработкѣ положеній для реорганизаціи Морского Вѣдомства Морской Генеральный Штабъ приступилъ еще въ 1906 году. Основныя мысли сводились къ слѣдующему:

1. Созданіе должностей Командующихъ Морскими Силами въ Балтійскомъ и Черномъ моряхъ, которые постоянно плавали бы съ флотомъ, руководили бы его обученіемъ и боевой подготовкой и съ объявленіемъ войны становились бы Командующими флотами.

2. Сліяніе техническихъ и хозяйственныхъ учрежденій въ Центральныхъ и Портовыхъ управленіяхъ Вѣдомства, дабы лица, руководящія техническими вопросами, сами были отвѣтственны и располагали необходимыми кредитами для проведенія этихъ вопросовъ въ жизнь. До того времени, какъ въ центральныхъ, такъ и въ портовыхъ учрежденіяхъ техническія и хозяйственныя функціи были раздѣлены, вслѣдствіе чего получалась несогласованность въ дѣйствіяхъ. Лица техническаго состава предлагали мѣропріятія, но лица хозяйственнаго состава не выполняли ихъ, ссылаясь или на недостатокъ средствъ или на неимѣніе указаній и т. п.

3. Реорганизація казенныхъ заводовъ на болѣе независимыхъ, автономныхъ началахъ, для поднятія ихъ производительности.

Подробный планъ реорганизаціи Морского Вѣдомства былъ разработанъ и изложенъ въ двухъ запискахъ А. Н. Щегловымъ и авторомъ настоящей статьи. Записки эти были отпечатаны и разосланы всѣмъ начальникамъ учрежденій и частей Морского Вѣдомства.

Дѣло реформъ двигалось крайне медленно, такъ какъ среди чиновъ Морского Министерства имѣлись лица, считавшія, что никакихъ реформъ не надо и все должно оставаться по старому.

Такимъ образомъ, въ вопросѣ проведенія программы развитія флота получился заколдованный кругъ.

Государственная Дума отклонила въ 1907 году кредиты на постройку четырехъ линейныхъ кораблей. Эти кредиты были возстановлены въ особомъ порядкѣ, но постройка не начиналась, такъ какъ, во первыхъ, сами проекты судовъ не были разработаны, а во вторыхъ, заводы не были подготовлены и требовалось произвести большія затраты на ихъ переоборудованіе.

[71]

Что касается до основныхъ элементовъ кораблей, подлежащихъ постройкѣ, то таковые были разработаны своевременно Морскимъ Генеральнымъ Штабомъ.

Въ 1908 году А. Н. Щегловъ былъ назначенъ Морскимъ Агентомъ въ Турцію, А. В. Колчакъ ушелъ въ плаваніе, а авторъ настоящей статьи былъ назначенъ вмѣсто Щеглова завѣдывающимъ Балтійскимъ Оперативнымъ Отдѣломъ Морского Генеральнаго Штаба и также продолжалъ заниматься вопросами общей программы развитія флота и программами реформъ Морского Вѣдомства. Весной того же года Морской Министръ адмиралъ Диковъ рѣшили провести въ жизнь одно изъ важнѣйшихъ мѣропріятій по реорганизаціи Морского Вѣдомства — создать должности Начальниковъ Морскихъ Силъ въ Балтійскомъ и Черномъ моряхъ. Соотвѣтствующій законопроектъ былъ разработанъ авторомъ настоящей статьи, затѣмъ этотъ законопроектъ былъ разсмотрѣнъ Адмиралтействъ-Совѣтомъ и получилъ Высочайшее утвержденіе. Хотя въ новомъ законѣ былъ существенный недостатокъ — неясность разграниченія взаимоотношеній Начальниковъ Морскихъ Силъ и Командировъ Портовъ, такъ какъ срочность проведенія закона и недостатокъ опыта въ этомъ направленіи не дали возможности детально разработать этотъ сложный вопросъ, тѣмъ не менѣе новый законъ создавалъ лицъ, на которыхъ было возложено обученіе и подготовка къ войнѣ дѣйствующихъ флотовъ Балтійскаго и Черноморскаго.

Проводилась въ жизнь идея, что начальникъ, который будетъ командовать флотомъ во время войны, будетъ также подготовлять флотъ и въ мирное время. Впослѣдствіи опытъ показалъ тѣ измѣненія, которыя необходимо было сдѣлать въ законѣ и въ 1912 году, когда Морскими Министромъ былъ адмиралъ И. К. Григоровичъ, законъ былъ пересмотрѣнъ на основахъ накопившагося опыта и получилъ окончательную форму въ видѣ «Положенія о Командующихъ Морскими Силами». Въ 1908 году Начальникомъ Морскихъ Силъ въ Балтійскомъ морѣ былъ назначенъ контръ-адмиралъ Н. О. фонъ Эссенъ, а Начальникомъ Морскихъ Силъ въ Черномъ морѣ контръ-адмиралъ Сарнавскій.

Этимъ мѣропріятіемъ было положено твердое основаніе для подготовки дѣйствующаго флота къ войнѣ.

Дѣло проведенія программы развитія флота могло быть сдвинуто съ мертвой точки только совмѣстными усиліями Правительства и Государственной Думы. Между тѣмъ, между Морскимъ Министерствомъ и Государственной Думой установились крайне недовѣрчивыя отношенія. Также не было общности въ работахъ Морского и Военнаго Вѣдомствъ. Послѣднее зорко слѣдило за тѣмъ, чтобы Морское Вѣдомство не получило кредитовъ раньше, чѣмъ удовлетворены потребности арміи. Совѣтъ Государственной Обороны, состоявшій изъ очень большого числа

[72]

членовъ, большинство которыхъ не занимало уже отвѣтственныхъ должностей, не могъ урегулировать потребности двухъ Вѣдомствъ обороны. Засѣданія многочисленнаго Совѣта характеризовались большимъ количествомъ преній и отсутствіемъ рѣшеній. Вслѣдствіе многочисленнаго состава Совѣта, отвѣтственные начальники не считали возможнымъ раскрывать въ Совѣтѣ секретныя оперативныя основанія, на которыхъ зиждилась реорганизація вооруженныхъ силъ, безъ этихъ же основаній планы реорганизаціи не были ясны членамъ Совѣта.

Большой шагъ въ смыслѣ выработки совмѣстныхъ мѣропріятій Вѣдомствъ по оборонѣ государства былъ сдѣланъ Предсѣдателемъ Совѣта Министровъ П. А. Столыпинымъ въ 1909 году. Онъ упразднилъ Совѣтъ Государственной Обороны, замѣнивъ его совѣщаніемъ подъ своимъ предсѣдательствомъ, въ которомъ участвовали только отвѣтственныя за оборону и политику лица: Министръ Иностранныхъ Дѣлъ, Финансовъ, Военный, Морской и Начальники Генеральныхъ Штабовъ Военнаго и Морского.

Тѣмъ временемъ въ Морскомъ Вѣдомствѣ шла большая подготовительная работа по детальной разработкѣ отдѣльныхъ вопросовъ реорганизаціи Вѣдомства, заводовъ, личнаго состава, проектовъ кораблей, проекта крѣпости Ревель-Паркалаудъ и т. п., а также по улучшенію организаціи существующихъ морскихъ силъ.

Кредиты на постройку четырехъ кораблей для Балтійскаго моря ежегодно вносились въ бюджетъ Морского Министерства, отвергались Государственной Думой и снова возстанавливались особымъ порядкомъ, но къ фактической постройкѣ кораблей не было приступлено до 1910 года, когда были готовы проекты кораблей и выяснены потребности судостроительныхъ заводовъ.

Дѣло созданія флота было сдвинуто съ мертвой точки и пошло быстрыми шагами впередъ только съ конца 1910 года, когда Морскимъ Министромъ былъ назначенъ адмиралъ И. К. Григоровичъ, который въ короткій срокъ провелъ реорганизацію техническихъ и хозяйственныхъ учрежденій Вѣдомства и установилъ атмосферу полнаго довѣрія между Морскимъ Министерствомъ и Государственной Думой.

Въ Морскомъ Генеральномъ Штабѣ къ этому времени уже не осталось ни одного офицера, участвовавшаго въ разработкѣ основъ возсозданія флота въ 1906 году, большинство этихъ офицеровъ находилось въ плаваніи и преемственность работы Штаба была нарушена. Адмиралъ Григоровичъ вытребовалъ въ С.-Петербургъ для работы въ М. Г. Ш. одного изъ самыхъ способныхъ и энергичныхъ офицеровъ капитана 2 ранга А. В. Колчака, находившагося въ плаваніи на Дальнемъ Востокѣ, и работа Штаба опять закипѣла.

[73]

Начальникъ М. Г. Ш. вице-адмиралъ А. А. Эбергардъ былъ вскорѣ назначенъ Командующимъ Морскими Силами Чернаго моря, на его мѣсто Начальникомъ М. Г. Ш. былъ назначенъ контръ-адмиралъ князь А. А. Ливенъ, а послѣ его смерти вице-адмиралъ А. И. Русинъ. Всѣ ати три адмирала вполнѣ раздѣляли взгляды адмирала Григоровича и являлись дѣятельными его помощниками. Имъ, равно какъ и Командующему Морскими Силами Балтійскаго моря — герою Русско-Японской войны — адмиралу Н. О. фонъ Эссенъ, флотъ всецѣло обязанъ своей прекрасной подготовкой къ войнѣ.

Первѣйшимъ мѣропріятіемъ новаго Морского Министра въ области развитія флота было срочное проведеніе программы для Чернаго моря. Слѣдомъ за младотурецки.мъ переворотомъ въ Турціи проявились націоналистическія тенденціи и было обращено вниманіе на усиленіе флота. Турція заказала въ Англіи два линейныхъ корабля класса «Dreadnought», которые должны были вступить въ строй въ 1914 году. Такимъ образомъ, мы теряли наше превосходство на Черномъ морѣ. Адмираломъ Григоровичемъ была проведена программа постройки трехъ линейныхъ кораблей, девяти эскадренныхъ миноносцевъ типа «Новикъ» и шести подводныхъ лодокъ для Чернаго моря. Эта программа была одобрена Государственной Думой и Высочайше утверждена. Срокомъ готовности новыхъ судовъ намѣчался 1915 годъ. Судостроительные заводы въ г. Николаевѣ были реорганизованы. а также основаны новые. Мы все же опаздывали съ готовностью кораблей на Черномъ морѣ и 1914 годъ являлся для насъ критическимъ.
Одновременно было приступлено къ детальной разработкѣ «большой» программы на долгій періодъ времени, которая должна была вылиться въ видѣ «закона о флотѣ». Но такъ какъ проведеніе въ жизнь такого закона требовало много времени, то въ 1912 году была утверждена «малая» программа, которая предусматривала постройку для Балтійскаго моря четырехъ линейныхъ крейсеровъ типа «Кинбурнъ», четырехъ легкихъ крейсеровъ въ 7.600 тоннъ. 36 эскадренныхъ миноносцевъ и 18 подводныхъ лодокъ: для Чернаго моря двухъ легкихъ крейсеровъ. девяти эскадренныхъ миноносцевъ и шести подводныхъ лодокъ, и для Дальняго Востока — двухъ легкихъ крейсеровъ въ 4.300 тоннъ. Одновременно были получены кредиты на постройку Ревельской крѣпости и Порта Императора Петра Великаго въ Ревелѣ.
Разработка «большой» программы была закончена, но ее не успѣли провести въ жизнь вслѣдствіе начавшейся войны.

Она предусматривала созданіе постояннаго флота въ Балтійскомъ морѣ въ составѣ активной части флота изъ двухъ дивизій линейныхъ кораблей по восьми судовъ въ каждой, двухъ

[74]

бригадъ линейныхъ крейсеровъ по четыре крейсера въ каждой, двухъ дивизій легкихъ крейсеровъ по восьми судовъ, двухъ дивизій эскадренныхъ миноносцевъ по 36 миноносцевъ, 24 подводныхъ лодокъ и резервной части флота въ половинномъ составѣ по отношенію къ активной части. На Черномъ морѣ предполагалось имѣть флотъ въ половинномъ составѣ по сравненію съ Балтійскимъ. На Дальнемъ Востокѣ: два легкихъ крейсера, 18 эскадренныхъ миноносцевъ, 12 подводныхъ лодокъ и 3 канонерскихъ лодки для службы «станціонеровъ».
«Большую» программу предполагалось закончить къ 1930 году. Предполагалось также установить закономъ автоматическую замѣну судовъ новыми черезъ слѣдующіе сроки со времени ихъ закладки: для линейныхъ кораблей и крейсеровъ — 22 года, для легкихъ крейсеровъ — 18 лѣтъ, для эскадренныхъ миноносцевъ — 17 лѣтъ и для подводныхъ лодокъ — 14 лѣтъ.

Параллельно съ разработкой программы постройки матеріальной части флота былъ разработанъ планъ подготовки личнаго состава.

Со времени вступленія въ должность Морского Министра адмирала И. К. Григоровича началась новая живая эра дѣятельности Морского Министерства, которое сдѣлалось самымъ образцовымъ изъ Вѣдомствъ Россійскаго Правительства. Всѣ мѣропріятія и вся дѣятельность Вѣдомства были направлены для подготовки флота къ войнѣ. Идеи мѣропріятій по подготовкѣ флота въ этомъ направленіи разрабатывались въ Морскомъ Генеральномъ Штабѣ, въ тѣсной связи съ Командующими Морскими Силами, и, по утвержденіи ихъ Морскимъ Министромъ, они служили руководствомъ для дѣятельности всѣхъ учрежденій Морского Вѣдомства. Начальнику Морского Генеральнаго Штаба были предоставлены права перваго Помощника Морского Министра и замѣстителя при его отсутствіи.

Перейду теперь къ краткому обзору дѣятельности по подготовкѣ существующихъ морскихъ силъ къ войнѣ. Какъ выше сказано, въ 1908 году были созданы должности Начальниковъ Морскихъ Силъ въ Балтійскомъ и Черномъ моряхъ (впослѣдствіе переименованныхъ въ Командующихъ Морскими Силами). Лица, занимавшія эти должности, съ наступленіемъ войны дѣлались Командующими Флотами, на отвѣтственности которыхъ лежало успѣшное веденіе войны въ предѣлахъ задачъ, поставленныхъ Верховнымъ Командованіемъ. Военное искусство требуетъ, чтобы разработка операціи производилась тѣмъ начальникомъ, на отвѣтственности котораго будетъ лежать ея выполненіе. Дѣятельность всего Морского Вѣдомства по подготовкѣ существующихъ морскихъ силъ къ войнѣ получаетъ основаніе изъ оперативнаго плана, фактическую отвѣтственность за который прежде всего несетъ будущій Командующій Флотомъ,

[75]

а не глава Вѣдомства Морской Министръ. Необходимо было найти компромиссъ въ разрѣшеніи этого важнѣйшаго вопроса. Этотъ компромиссъ былъ установленъ такъ: разработка оперативнаго плана производилась въ оперативной части Штаба Командующаго Флотомъ, въ соотвѣтствіи съ задачей флота въ общемъ планѣ обороны государства. По утвержденіи этого плана Командующимъ Морскими Силами, онъ представлялся Морскому Министру и, по указанію послѣдняго, Морской Генеральный Штабъ каждый годъ составлялъ основанія мобилизаціоннаго плана для всѣхъ учрежденій Морского Вѣдомства, которыя по этимъ основаніямъ составляли свои планы мобилизаціи. Эти планы служили частными руководствами отдѣльныхъ учрежденій по подготовкѣ существующаго флота къ войнѣ.

А. В. Колчакъ, занимавшій должность Завѣдывающаго Оперативнымъ Отдѣломъ Балтійскаго моря въ М. Г. Ш. съ 1910 по 1912 годъ, работалъ въ тѣснѣйшей связи со Штабомъ Командующаго Морскими Силами. Когда онъ поставилъ оперативную работу М. Г. Ш. на твердыя основанія и разработалъ «малую» и «большую» программы развитія флота, онъ перешелъ на должность Флагъ-Капитана Оперативной Части въ Штабѣ Командующаго Морскими Силами, гдѣ организовалъ оперативную работу.

Выше было указано, что первоначальной задачей Балтійскому флоту съ 1906 года было указано — оборонить побережье Финскаго залива къ востоку отъ меридіана о. Гогландъ. До 1912 года всѣ оперативные планы были основаны на этой задачѣ. Было предположено вынести оборону на линію о. Наргенъ — мысъ Паркалаудъ, когда будутъ готовы четыре корабля типа «Гангутъ» и хотя бы нѣкоторые морскіе форты на о. Наргенъ и Макилото. Сосредоточеніе флота у Гогланда въ глубинѣ Финскаго залива оставляло необороненнымъ все побережье залива къ западу отъ Гогланда. Такая операція привязывала флотъ къ стѣсненному бассейну и дѣлало его флотомъ «прибрежнымъ», а не флотомъ «морскимъ». Истинному моряку — адмиралу Н. О. Эссену эта идея была глубоко противна и въ 1912 году онъ рѣшилъ измѣнить оперативный планъ вынесеніемъ развертыванія флота на линію Наргенъ-Паркалаудъ, хотя готовность новыхъ кораблей ожидалась только въ 1915 году. Адмиралъ Эссенъ разсуждалъ такъ — если мы будемъ имѣть противъ себя весь германскій флотъ, то все равно не удержимся даже нѣсколько дней на линіи Гогланда, если же на нашей сторонѣ будетъ воевать Англія, то противъ насъ будутъ выдѣлены только слабыя силы германскаго флота и мы не только сможемъ удержаться на линіи Наргена, но и получимъ возможность развить активныя дѣйствія въ Балтійскомъ морѣ. Дѣйствительность блестяще подтвердила въ 1914 году предположенія адмирала Эссена.

[76]

Планъ развертыванія Балтійскаго флота въ 1914 году состоялъ въ слѣдующемъ:

Бригада линейныхъ кораблей: «Андрей Первозванный», «Императоръ Павелъ I», «Цесаревичъ» и «Слава» сосредотачиваются въ Гельсингфорсѣ, ихъ задача — бой на центральной позиціи.

1-ая бригада крейсеровъ: «Адмиралъ Макаровъ», «Баянъ», «Паллада», «Олегъ» и «Богатырь» сосредотачиваются въ Ревелѣ. Задача — бой на центральной позиціи. Днемъ несутъ дозоры на линіи о. Оденсхольмъ-Ляпвикъ.

2-ая бригада крейсеровъ: «Громобой», «Россія», «Діана» и «Аврора» сосредотачиваются въ Ревелѣ. Задача — бой на центральной позиціи.

Минная дивизія: «Новикъ», полудивизіонъ Особаго Назначенія, 1-й и 2-й дивизіоны сосредотачиваются въ Гельсингфорсѣ для дѣйствій при главныхъ силахь. 3-й и 4-й дивизіоны сосредотачиваются въ Ляпвикѣ. Задача — дозорная служба ночью на линіи о. Оденсхольмъ-Ляпвикъ.

Бригада подводныхъ лодокъ сосредотачивается въ шхерахъ между Ляпвикомъ и Паркалаудомъ. Задача — дѣйствовать по непріятельскому флоту въ случаѣ движенія его въ Финскій заливъ.

Рюрикъ — флагманскій корабль Командующаго Флотомъ сосредотачивается въ Гельсингфорсѣ.

Отрядъ минныхъ заградителей: «Ладога», «Нарова», «Онега», «Амуръ», «Енисей», «Волга» сосредотачиваются въ Гельсингфорсѣ. Задача — съ объявленіемъ мобилизаціи ставятъ загражденіе на центральной позиціи, затѣмъ, по мѣрѣ надобности, возобновляютъ это загражденіе.

Черное море.
Хотя основной задачей Черноморскаго флота являлось заблокированіе выходовъ изъ Босфора минами и сосредоточеніе — флота въ морѣ у Босфора, но предполагаемое вступленіе въ строй двухъ новыхъ турецкихъ линейныхъ кораблей класса «Dreadnought» дѣлало эту задачу невыполнимой до готовности нашихъ новыхъ кораблей. Поэтому приходилось ограничиться скромной задачей активной обороны сѣверо-западной части Чернаго моря — Крымскій полуостровъ — устье Дуная и флотъ сосредотачивался въ Севастополѣ въ слѣдующемъ составѣ:

Бригада линейныхъ кораблей: «Пантелеймонъ», «Іоаннъ Златоустъ», «Св. Евстафій», «Ростиславъ», «Три Святителя».

Бригада крейсеровъ: «Кагулъ», «Память Меркурія».

Бригада эскадренныхъ миноносцевъ: три дивизіона.

Бригада подводныхъ лодокъ: шесть лодокъ.

[77]

Хотя во время войны строившіеся въ Англіи турецкіе корабли были введены въ составъ англійскаго флота, но германскій линейный крейсеръ «Гебенъ» и легкій крейсеръ «Бреслау» присоединившіеся къ турецкому флоту, лишили насъ въ началѣ войны превосходства въ силахъ и мы не могли осуществить тѣсной блокады Босфора. Тѣмъ не менѣе нашъ флотъ совершалъ періодическіе походы въ море и неоднократно вступалъ въ успѣшную перестрѣлку съ «Гебеномъ».

Возможность активной блокады Босфора появилась послѣ вступленія въ строй нашихъ новыхъ кораблей «Имперарицы Маріи» и «Императрицы Екатерины II», но полное развитіе идеи блокады Босфора и минированія выходовъ изъ него было осуществлено только въ 1916 году Командующимъ Флотомъ вице-адмираломъ А. В. Колчакомъ. Результаты этой блокады превзошли самыя смѣлыя ожиданія, приведя къ прекращенію выхода въ море германо-турецкаго флота, къ уничтоженію половины его подводныхъ лодокъ и полному прекращенію ихъ дѣятельности въ Черномъ морѣ. До начала блокады въ теченіе одной весны 1916 года непріятельскія подводныя лодки потопили около 30 нашихъ пароходовъ-транспортовъ (25% транспортной флотиліи и 66% госпитальныхъ судовъ), а послѣ начала блокады съ іюля 1916 года до конца войны потопили только одинъ пароходъ.

Правильность идей, положенныхъ въ основу дѣятельности Балтійскаго флота, также получила полное подтвержденіе во время войны. Германскій флотъ не рѣшился проникнуть въ Финскій заливъ, а нашъ флотъ значительно расширилъ свою задачу, оборонивъ Рижскій и Ботническій заливы и совершивъ рядъ операцій по постановкѣ минъ загражденія у береговъ Германіи.
Въ рамки настоящей статьи не входитъ описаніе дѣйствій флота во время войны. Я также не задавался цѣлью освѣтить чрезвычайно важную дѣятельность Морского Генеральнаго Штаба разработку тактическихъ идей, положенныхъ въ основаніе развитія типовъ кораблей и тактическо-техническихъ инструкцій. Эти работы велись совмѣстно съ офицерами дѣйствующихъ флотовъ. Въ этой отрасли слѣдуетъ отмѣтить работу Начальниковъ организаціонно-тактическаго отдѣла М. Г. Ш. сначала А. В. Колчака, затѣмъ В. Н. Черкасова и, наконецъ, Н. И. Игнатьева.

Лондонъ.
Сентябрь 1929 года.
М. Смирновъ.

[78]