Страхова Н. В. Лига Наций в советско-финляндских отношениях 1920-х гг.

Великая война 1914-1918: Альманах Российской ассоциации историков Первой мировой войны: Россия в Первой мировой войне: Вып. 2. — М.: Квадрига, 2013. С. 41-43.

Юрьевский мирный договор, заключенный 14 октября 1920 г, стал официальным завершением военных действий между Финляндией и Советской Россией. Можно сказать, что после его подписания начал формироваться политический курс советского руководства в отношении Финляндской Республики. Важным в развитии советско-финских отношений в первую половину 1920-х гг. было стремление финляндской стороны втянуть Лигу Наций в решение спорных вопросов, в частности так называемого Карельского вопроса.

Дело в том, что финское правительство обвиняло правительство РСФСР в нарушении Юрьевского договора, а именно в непредоставлении автономии Восточной Карелии и отказе беженцам в амнистии. Финляндия апеллировала по этому поводу к Лиге Наций, заявляя о притеснениях карел со стороны советского руководства, причем говорилось о необходимости посредничества Польши или Литвы{1}. По мнению советских представителей, все, что касалось Карельского вопроса, являлось сугубо внутренним делом России. Российское руководство отказывалось принять вмешательство Лиги Наций{2}. Советские лидеры неоднократно заявляли, что «Лига Наций враждебна РСФСР, поэтому комиссия при Лиге Наций — посягательство на суверенитет РСФСР»{3}. Кроме того, ими неоднократно отмечалось, что Лига Наций никогда не была нейтральным судьей: «Финскому правительству известно, что в состав Лиги Наций входят державы, не только отказывающие до сих пор под разными предлогами в юридическом признании Российского правительства, но и санкционировавшие явно захватническое и насильственное отторжение целых областей России. Ему, несомненно, также известно, что Совет Лиги Наций неоднократно одобрял самые несомненные акты насилия, когда они были в интересах тех держав, которые захватили руководство так называемой Лигой Наций. Российское правительство не только не может согласиться с характеристикой Лиги Наций как беспристрастного трибуна, но, наоборот, полагает, что независимо от природы и объема спорных вопросов передача их на рассмотрение Лиги Наций может только скомпрометировать саму идею третейского разбирательства»{4}.

Также правительство Советской России обратило внимание на стремление финской стороны использовать неточный перевод Юрьевского мирно-

[41]

го договора для предоставления его Международному суду в Гааге, а именно: в финском варианте периодически искажаются временные формы (например, глаголы описывающие прошлое состояние в Карелии, вдруг приобретают будущее время){5}. Это расценивалось как стремление исказить истинное положение дел в Советской Карелии для доказательства положении финляндских обращений о невыполнении российскими лидерами условий договора. Финляндское же правительство со своей стороны доказывало, что советские дипломаты неправомерно сужают статьи договора, ущемляя тем самым карельское население. При этом приводились следующие аргументы: статьи 10 и 11 Договора должны распространяться не только на Репольский и Поросозерский районы, а на всю территорию Восточной Карелии. Иными словами, Восточная Карелия должна выделиться в особую автономную территорию, которая соответствует территории, населенной карельским населением{6}. Практически на протяжении 1920-х гг. и финляндское, и советское руководство заявляло о неверном толковании Юрьевского мирного договора противоположной стороной.

Правительственные круги РСФСР постоянно объявляли, что с территории Финляндии не только совершаются вооруженные нападения, но там создаются и центры борьбы с Советской властью: «В то время как впервые в истории подавляющее большинство карельского народа берет в свои руки собственную судьбу и в лице автономного правительства Карельской Трудовой Коммуны в тесном единении с Федерацией свободных народов Российской Республики осуществляет в полной мере национальное самоопределение, финское правительство, с одной стороны, посылает банды погромщиков и палачей, распространяющих по всей Карелии кровопролитие и ужас и предающих пыткам и мучительной смерти лучшие элементы карельского народа, и, с другой стороны, в явном противоречии с действительностью распространяет ложные представления о том что карельский народ якобы лишен автономии. Более того, обратившись с просьбой разрешения этого вопроса в так называемой Лиге Наций, финское правительство тем самым соединилось с некоторыми правительствами, ведущими враждебную политику против Российской Республики и ее союзников»{7}, — говорилось в ноте наркома иностранных дел Г. В. Чичерина от 12 января 1922 г. Советское руководство заявляло, что на территории Финляндии действует так называемое «карельское правительство» пытавшееся захватить Карельскую Трудовую Коммуну{8}.

Интересно, как в свою очередь реагировало руководство Финляндии на развитие карельской проблемы. Если первоначально оно само раздувало этот вопрос, то к 1924 г. было готово к его урегулированию и отказу от постоянных обращений в Лигу Наций. В 1921-1922 гг. финское правительство всячески стремилось показать мировой общественности существование национального движения в Карелии, отказываясь от мер по закрытию границы, предлагаемых российской стороной, требовало расследования Арбитражной комиссией (должна быть создана по итогам Юрьевского мирного договора) положения дел в Восточной Карелии.

[42]

Однако к 1924 г. правительственные круги Финляндии заявили о запрещении ряда антисоветских организаций и о наказаниях за помощь бандитским формированиям, действовавшим на территории Карельской Трудовой Коммуны.

Уже в марте 1922 г. для предотвращения конфликтов на советско-финской государственной границе было решено создать, согласно п. 20 статьи 9 Наказа Центральной Смешанной Русско-Финской комиссии, утвержденной на основании статьи 37 Юрьевского мирного договора, Арбитражную комиссию и поручить ей разработку мер по обеспечению безопасности границы{9}. До лета 1922 г. отмечалось полное нежелание с финляндской стороны работать в комиссии{10}. А 1 июня 1922 г. по итогам деятельности комиссии было подписано Соглашение между Россией и Финляндией о мероприятиях, обеспечивающих неприкосновенность границы{11}. Правительство РСФСР настаивало на немедленном выселении из финской пограничной полосы всех участников вооруженных нападений на Карелию, выселении из пограничной полосы всех карельских беженцев, отстранении от должностей пограничников, связанных с антисоветской деятельностью, и принятии мер по уничтожению бандформирований. Финляндское руководство согласилось со всеми выдвинутыми требованиями. Правда, это не прекратило вторжений с финской стороны на советскую территорию, а лишь уменьшило их количество. Даже постановление ВЦИК от 20 июля 1923 г. о создании Автономной Карельской Советской Социалистической Республики не прекратило конфликт вокруг карельского вопроса{12}.

В итоге и советская, и финляндская стороны отказались от вмешательства Лиги Наций в карельскую проблему. Во многом это связано с последовательным неприятием посредничества Лиги Наций советским руководством. Однако и финская сторона изменила свое отношение к действиям Лиги Наций. Правда, данные решения не привели к урегулированию конфликта.

[43]

Примечания:

{1} Нота поверенного в делах РСФСР в Финляндии министру инострапных дел Финляндии Р. Холсти (19 сентября 1921 г.) // Документы внешней политики СССР. М., 1960. Т. 4. С. 357-362.

{2} «Российское правительство решительно отклоняет и твердо намерено и в будущем отклонять все попытки посторонних держав вмешиваться в русско-финский конфликт, вызванный вторжением финских банд в Карелию». — См.: Известия. 18.01.1922.

{3} АВПРИ. Ф. 135. Оп. 5. Д. 1. Л. 190.

{4} Там же. Ф. 135. Оп. 7. Д. 1. Л. 40.

{5} Там же. Л. 38.

{6} Там же. Д. 5. Л. 77.

{7} Нота наркома иностранных дел РСФСР поверенному в Делах Финляадии в РСФСР Ярнфельту (12 января 1922 г.) // Документы внешней политики СССР. М., 1961. Т. 5. С. 52.

{8} Нота полномочного представителя РСФСР в Москве министру иностранных дел Финляндии Холсти (13 апреля 1922 г.) // АВПРИ. Ф. 135. Оп. 5. Д. 1. Л. 166.

{9} Соглашение между правительством РСФСР и правительством Финляндии о принятии мер по обеспечению неприкосновенности советско-финской границы (21 марта 1922 г.) // Документы внешней политики СССР. Т. 5. С. 162-163.

{10} АВПРИ. Ф. 135. Оп. 6. Д. 3. Л. 153.

{11} Документы внешней политики СССР. Т. 5. С. 424-434.

{12} ГАРФ. Ф. Р-1318. Оп. 1. Д. 173. Л. 53.